Categorized | Эпоха в лицах

Активная революционная де­ятельность

Впрочем, слово «старый» к их возрастам неприменимо. Пятеро самых старших из них (Ленин, Цюрупа, Красин, На­риманов и Чичерин) в 1923 году едва перешагнули пятидеся­тилетний жизненный рубеж. Половина (12 человек) находи­лась в сорокалетнем возрасте: только что в него вступили Зи­новьев и Каменев, сорокадвух-сорокатрехлетними были Ры­ков, Орахелашвили, И. Смирнов, Томский, сорокачетырех­летними — одногодки Сталин и Троцкий, сорокапяти-соро-кавосьмилетними — Брюханов, Петровский, Дзержинский, Калинин. Немалой (8 человек) была и группа тридцатилет­них. В их числе наиболее молодыми являлись Червяков, Чу­барь и Молотов (тридцать один — тридцать три года), трид-цатипяти-тридцатисемилетними — Бухарин, Куйбышев, Со­кольников, Рудзутак, Шмидт.

Каждый из них рано начал активную революционную де­ятельность — подавляющее большинство (17) сделало реша­ющий для себя выбор на переломе юности (до двадцати лет), остальные — двадцатилетними. Нетрудно заметить, что в 1923 году все они образовывали две возрастные группы: более старшую (пятидесяти- и сорокалетние) и меньшую в количе­ственном отношении — молодую (тридцатилетние). Соответ­ственно и конкретное время их прихода в революционное движение обозначено двумя значительными периодами. Те, что были старше, включились в него в конце XIX века и в ка­нун первой русской революции, для более молодых временем прихода в когорту профессиональных революционеров стали 1905—1907 годы.

Само возникновение и рост в последние десятилетия XIX века и в начале XX этого нового для российской действи­тельности явления — профессиональных революционеров — было одним из реальных подтверждений неотвратимости бли­зящихся коренных перемен в действительности, зреющей со­циальной бури. Если в 60-е годы XIX столетия Александр Герцен мог только предвидеть ее, писать о «будущей буре», то на исходе столетия Максим Горький уже явственно ощутил вихревое дыхание революции: «Буря! Пусть сильнее грянет буря!»

Когда прозвучали эти слова, 17-летний Алексей Рыков уже сделал свой первый шаг навстречу буре — стал револю­ционером, что бесповоротно определило весь его жизненный путь. Конечно, как и у всякого человека, этот путь был ин­дивидуален, имел свои, только ему присущие черты и осо­бенности.

…1 марта 1881 года в погрузившемся в вечерние сумерки центре Петербурга раздались взрывы. Второй из них, произ­веденный, как говорили тогда, «метательным снарядом», бро­шенным к ногам Александра II студентом-народовольцем Иг­натием Гриневицким, оказался роковым для императора и для революционера-террориста, оба были смертельно ранены. Говоря языком литературных штампов, эхо петербургских взрывов разнеслось по всей стране, докатилось и до нижне­волжского губернского города Саратова, его обитателей, в том числе и семьи незадолго перед тем обосновавшегося здесь вятского крестьянина Ивана Ильича Рыкова.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta