Categorized | Эпоха в лицах

Центральная партийная и советская пресса

Возвышающееся над перекрестком пятиэтажное здание (дом № 4) и сегодня привлекает внимание своей светло-зеле­ной громадой. Это и был четвертый Дом Советов. Часть его квартир занимали старые партийцы, к некоторым из них при­ходил В.И. Ленин, о чем напоминает скромная мемориальная доска. Другая мемориальная доска вмонтирована в стену зда­ния со стороны проспекта Маркса. Выполненная в помпезном стиле второй половины 40-х годов, она сообщает, что в этом доме находилась приемная М.И. Калинина, всероссийского старосты, по пущенному в обиход определению Л.Д. Троцко­го — в образности речи ему не откажешь.

Отполированный до зеркального блеска мрамор доски, от­ражая жизнь улицы, по-своему усиливает отгораживающее значение высеченного на ней текста, его полуправду: здесь была не только приемная всероссийского старосты, но и его служебный кабинет. И не его одного.

Общий лестничный марш вел к двум находившимся почти напротив деловым помещениям. В одном из них, скинув с темной косоворотки поддевку и поудобнее расположившись за письменным столом, властвовал Калинин.

Хозяин другого кабинета был человеком иного стиля. Он приходил из своей кремлевской квартиры неизменно акку­ратно подтянутым, в поношенном, а может, и перелицован­ном, но всегда отутюженном костюме-тройке, в жилет кото­рого был заправлен галстук, повязанный на белой сорочке. Его чуть продолговатое интеллигентное лицо с высоким, от­меченным двумя складками лбом и сосредоточенно задумчи­выми глазами могло показаться излишне суховатым, если бы не смягчалось добродушно иронической, а то и просто смеш­ливой полуулыбкой, исчезавшей в довольно густых усах и бо-родке-буланже. Таким Алексей Иванович Рыков остался на газетных и журнальных снимках, в кадрах кинохроники, многочисленных во второй половине 20-х годов и затем на­мертво исчезнувших с печатных полос и экранов.

Надо сказать, что первая широкая известность пришла к Рыкову не в 20-е годы, а несколько раньше, в начальные по­слеоктябрьские недели 1917 года. Именно тогда его фамилия замелькала на газетных страницах — единственном в то вре­мя источнике массовой информации. И заметим, упомина­лась она по-разному. Сначала стала известна при публика­ции состава первого Советского правительства, затем (и по­жалуй, более широко) в связи с выходом Рыкова из прави­тельства и ЦК партии, о чем речь впереди.

В последующие три-четыре года центральная партийная и советская пресса хотя и не так часто, как в послеоктябрь­ские недели, но все же многократно публиковала различные материалы, свидетельствовавшие об активном участии Рыко­ва в деятельности высших правительственных органов, боль­шевистской партии, членом ЦК которой он опять стал с 1920 года. Эта информация, при всей ее отрывочности, нередко и скудности, тем не менее давала возможность внимательным читателям уяснить, что к началу 20-х годов Рыков, несмотря на свою ноябрьскую (1917) позицию, прочно вошел в первую шеренгу государственных и партийных руководителей. Из­брание его в апреле 1922 года членом Политбюро ЦК РКП (б) явилось убедительным подтверждением этого.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta