Categorized | Эпоха в лицах

Материал против Бухарина и Рыкова

Именно в последние дни съезда оба они едва не оказались за этим порогом. Очевидно, воспользовавшись тем, что в Мо­скву съехались все крупные партийные руководители, 4—

7 декабря был проведен пленум ЦК ВКП(б). Главная же при­чина его созыва заключалась в том, что Ежов, выступивший с докладом «Об антисоветских, троцкистских и правых органи­зациях», считал, что подведомственные ему органы «выбили.> из арестованных достаточный материал против Бухарина и Рыкова.

Однако оба они сумели показать несостоятельность предъявленных им обвинений. «Я утверждаю, — заявил Ры­ков, — что все обвинения против меня с начала до конца — ложь». В итоге пленум принял предложение Сталина: «Счи­тать вопрос о Рыкове и Бухарине незаконченным. Продол­жить проверку и отложить дело решением до последующего пленума ЦК».

Тем самым Ежову и его аппарату было, по существу, дано указание усилить свою «деятельность» в отношении бывших «правых». Их аресты, получение нужных «показаний» приоб­рели широкий характер. За четыре месяца, прошедшие после назначения Ежова, он положил на служебный стол Сталина, кабинет которого теперь переместился со Старой площади в Кремль, около 60 протоколов допросов бывших «правых». Ко­пии подобных протоколов спецкурьеры регулярно доставляли на квартиры Рыкова и Бухарина, резко усугубляя их мораль­ное состояние и обстановку безысходности.

Одновременно подручные Сталина осуществляли подго­товку нового судилища над «левыми». В самом начале 1937 года дело о «параллельном126
троцкистском центре» бы­ло сфабриковано. 24—30 января в Октябрьском зале Дома Союзов прошел процесс, на котором Пятаков, Серебряков, Муралов и еще десять человек, причисленных НКВД к выду­манному им «центру», были приговорены к расстрелу*.

Теперь все внимание было обращено на «правых» и их бывших лидеров. Но назначенный на вторую половину фев­раля пленум ЦК партии неожиданно пришлось перенести. 21 февраля состоялись похороны Орджоникидзе, о действи­тельной причине смерти которого стало известно только во­семнадцать лет спустя, на XX съезде КПСС.

На следующий день после того, как урна с прахом Орджо­никидзе была замурована в Кремлевской стене, Рыкова вы­звали на очную ставку с арестованными в 1936 году Шмид­том, Радиным и Нестеровым, уже «обработанными» ежовски-ми следователями. Для всех четверых это была встреча на грани (а может, уже и за гранью) безумия. Близкие Алексею Ивановичу люди (В.В. Шмидт не только работал с ним в пра­вительстве, но они были и лично дружны; С.Н. Радин и Б.П. Нестеров127 являлись ближайшими сотрудниками в Секретариате СНК) давали теперь насквозь лживые показа­ния против него.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta