Categorized | Эпоха в лицах

Одна из активных организаций РСДРП

Скрываясь от полиции, Рыков перебрался в другой проле­тарский центр на Волге — Нижний Новгород. Двадцать лет спустя он совершит сюда свою первую поездку в качестве гла­вы Советского правительства, вспомнит, выступая на митин­ге, революционную молодость. «В период нелегальной рабо­ты, — писал он в 1924 году, — я провел много боевых месяцев в Нижегородской организации. Рабочая молодежь Сормова и Нижнего Новгорода беззаветно отдавалась тогда революци­онной работе».

В Нижнем Новгороде была одна из активных организаций РСДРП. В ней Рыков встретился со знакомым ему еще по «казанским делам» Николаем Семашко — будущим нарко­мом здравоохранения, перезнакомился с другими товарища­ми, среди них — Михаилом Владимирским, с которым чуть позже войдет в Московский комитет партии, а еще позже, в 1917 году, будет работать в московской большевистской орга­низации. Впоследствии упоминание об этом общении с «вра­гом народа» будет тщательно избегаться авторами очерков о Семашко и Владимирском, как и книг о жизнедеятельности Я.М. Свердлова. Между тем встреча этого 19-лстнего нижего­родца с более старшим и «солидным» революционером, уже поработавшим в ярославском и костромском подполье, не прошла бесследно для товарища Андрея — под этим именем он станет известен в партии. Их дружба продолжалась и ок­репла в короткие для Свердлова советские годы.

Официально вроде как бы не существуя (хотя полиция сравнительно быстро зафиксировала, что под различными фамилиями и кличками появился новый ее «подопечный»*), Рыков в повседневной революционной практике вошел в жизнь многих людей, которые заполнили и его жизнь. Разны­ми по возрасту, социальному положению, отношению к борь­бе с самодержавием были эти люди. Знал ли он по нижегород­скому подполью, к примеру, братьев-сормовчан с нерусской фамилией Ягода? Двое старших из них погибли в революци­онной борьбе, третий 14-летним парнишкой встал за набор­ную кассу первой организованной в Нижнем нелегальной ти­пографии. И он же станет первым руководителем созданного в 1934 году наркомата внутренних дел, сыграет зловещую роль в развертывании сталинской расправы со старой больше­вистской гвардией и, оказавшись ненужным Сталину, сам бу­дет брошен на ту же судебную скамью, на которой вместе с Рыковым оказались обвиняемые мартовского «процесса» 1938 года.

Но тогда, в 1904 году, страна жила текущими заботами, под гул солдатских эшелонов, уходивших в Маньчжурию, где империя терпела поражения в войне с Японией. Каждое из них усиливало иной, все более нараставший гул, свидетельст­вовавший о неотвратимо близившейся первой русской рево­люции. В этом гуле прозвучала и подготовленная Рыковым крупная стачка рабочих Сормовского завода. Он вложил в нес весь свой накопившийся опыт, все силы, и она вылилась в значительное выступление, имевшее резонанс не только в Сормове. Со времени его участия в подготовке саратовской первомайской демонстрации прошло всего два года, в органи­зации сормовской стачки он держал своеобразный выпускной экзамен и выдержал его с успехом.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta