Categorized | Эпоха в лицах

Переезд Советского правительства в Москву

Это напряжение месяцами физически «поддерживалось» скудным пайком, почти таким же, какой получала вся трудо­вая Москва, горячим чаем, порой морковным, и в лучшем случае с сахарином. Но разве не так же жил Ленин и другие «кремлевские руководители»*? Известно, что народный ко­миссар продовольствия Александр Дмитриевич Цюрупа забо­лел в то время именно от хронического недоедания. Оно, в со­четании с огромным переутомлением, тяжело сказалось к на­чалу 20-х годов и на здоровье Рыкова и привело к нескольким хирургическим операциям..

Судя по всему, он, полностью поглощенный делами, не придавал никакого значения тому, что работает на износ. Отмечая в начале 1921 года, что «Алексей Иванович про­изводит впечатление совсем больного человека», Ленин следом добавил: «А не лечится толком. Это безобразие. Хищение казенного имущества совершенно недопусти­мое»**. Ленинские слова были обращены к жене Рыкова Нине Семеновне. И не случайно. Владимиру Ильичу и всем другим, близко знавшим Рыковых, была известна дружеская слаженность их взаимоотношений. Рано осиро­тевший, а позже годами живший скитальческой жизнью революционера-нелегала, Алексей Иванович очень дорожил теплой и сердечной атмосферой своей семьи, заботой и вниманием Нины Семеновны, не только жены, но и едино­мышленника.

В конце 1917 года Рыковы наконец получили свое первое жилье и, уместив на извозчичьей пролетке все нажитое иму­щество, перебрались в центр Москвы, в Кисловский переулок (ныне ул. Семашко). Однако прожили они здесь недолго — менее года.

С переездом Советского правительства в Москву Ленин и другие крупные руководители, как уже отмечалось, посели­лись в Кремле. По какой-то причине Рыковы перебрались сю­да позже многих других, осенью 1918 года. Возможно, непос­редственно это было связано с тем, что Я.М. Свердлов, пол­учив квартиру в первом этаже Детской половины Большого Кремлевского дворца (БКД), предложил Алексею Ивановичу занять три комнаты в этой квартире. Так образовалась свое­образная «кремлевская коммуналка» на две семьи, навсегда связавшая дружбой их дочерей.

…Семьдесят лет спустя солнечным летним днем на мало­людной кремлевской Коммунистической улице, бывшей Дворцовой, пролегающей в своем начале между западным торцом БКД и фасадом здания Оружейной палаты, можно было увидеть небольшую группу сотрудников Музеев Крем­ля, внимательно слушавших двух пожилых женщин.

Наши окна, — вспоминала Наталия Алексеевна Рыко­ва, — выходили во внутренний двор БКД, там стояла преле­стная церквушка Спаса на Бору, снесенная, кажется, в 30-е годы. А вот эти окна — комнаты Свердловых. В одной из них через несколько месяцев после нашего переезда в Кремль скончался посте внезапной и недолгой болезни Яков Михай­лович. Отец всегда горевал по поводу его преждевременной гибели.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta