Categorized | Эпоха в лицах

Пора смятения

В восьмом часу вечера понедельника, 21 января 1924 года, в кремлевской квартире Рыкова раздался телефонный зво­нок. Трубку взяла Нина Семеновна. Разговор не был продол­жительным, но ее лицо побледнело. Собравшись с силами, она сообщила мужу:

— Алеша, умер Владимир Ильич… Сейчас в Горки выез­жают товарищи…

Рыков — он уже не первый день был болен — попытался подняться с постели, начать сборы, но сил не хватило. О дли­тельной поездке в морозной ночи нечего было и думать.

Тем временем от Кремля из-под арки Боровицких ворот вывернули автосани и, постепенно оставив позади лабиринт московских улиц, пошли по засу гроблен ному Каширскому шоссе на Горки. В их быстро выстудившейся кабине с брезен­товым верхом прижались друг к другу шестеро — Зиновьев, Каменев, Томский, Сталин, Бухарин и Калинин. Четверо первых — члены, а двое других — кандидаты в члены Полит­бюро ЦК РКП (б). Впрочем, за долгие месяцы отсутствия Ле­нина Бухарин фактически стал полноправным участником работы этого высшего партийного органа.

Из членов Политбюро, кроме Рыкова, в кабине автосаней отсутствовал еще один — Троцкий. Шифрованная телеграм­ма Сталина, извещавшая о кончине Владимира Ильича, на­стигла Троцкого на перроне тифлисского (тбилисского) вок­зала. Отсюда он продолжал путь в Сухуми для лечения. Впос­ледствии Троцкий обвинял Сталина, что тот умышленно ввел его в заблуждение относительно даты похорон, и это стало причиной его невозвращения в Москву. Как бы то ни было, Троцкий скоро поймет свой промах…

В автосанях, пробивавшихся сквозь снежную замять, не было также и двух кандидатов в члены Политбюро, секрета­рей ЦК партии Молотова и Рудзутака, которые провели ту бессонную ночь в кабинетах на Старой площади, занятые делами, хлынувшими с известием о кончине Ильича. В на­чале следующей ночи, с 22 на 23 января, от перрона Сара­товского (ныне Павелецкого) вокзала отправился до ст. Ге­расимове близ Горок, спецпоезд; его немногие вагоны за­полнили члены ЦК и ЦКК партии, союзного и республикан­ского Совнаркомов.

Скорее всего, сойдя именно с этого поезда, добрался до Горок и больной Рыков. Ровно половина прожитых им к тому времени лет прошла от дней, когда он впервые встретился с Лениным, приехав к нему в Швейцарию из родного Саратова. И вот Саратовский вокзал, куда прибыл траурный поезд, в котором Алексей Иванович вернулся, подле ленинского гро­ба, в Москву, стал как бы одним из рубежей прощания с Иль­ичем. Но прощания ли?

Последующие пять дней и ночей слились в непрерывную ленту людского движения мимо трещавших на морозе кост­ров, заиндевевших часовых и всадников в шишкастых шле­мах — туда, к Колонному залу Дома Союзов. 26 января Ры­ков вместе с другими руководителями страны занял место в президиуме II съезда Советов СССР, который открылся засе­данием, посвященным памяти Ленина.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta