Categorized | Эпоха в лицах

Революционная буря

В сентябре 1915 года ссыльный Рыков предпринял отча­янную и, быть может, в силу этого успешную попытку побе­га. Обманув строжайший надзор, он сумел попасть на паро­ход. «Сейчас еду по последней реке Туре, — писал он с доро­га, — и затем буду в Тюмени… Перед своим путешествием я четверо суток прождал пароход на пристани. Я пропустил па­роход на Томск, а время шло к распутице, падал снег к ногам, и оставалась какая-нибудь неделя до ледостава». Тогда при­нимается смелое решение: плыть по Оби не на юг, а на север от Нарыма, затем по Иртышу, Тоболу и Туре достичь Тюме­ни. «Первый город был Тобольск, — сообщает он далее. — В этом городе я пробыл в буквальном смысле без хлеба, голо­дный, более суток. Ждать тюменского парохода пришлось на берегу в снежную холодную бурю. Теперь я еду в тепле и по­немногу согреваюсь».

Побег как таковой удался, но закрепиться после него не удалось. Добравшись до Саратова, Рыков был тут же схва­чен — слишком приметной фигурой был он для сыска. И вновь потекли тюремные недели и месяцы, а за ними — об­ратное водворение в занесенный снегами и пронзенный моро­зами Нарым.

Через нарымскую ссылку прошли многие, но не все смог­ли ее выдержать. Среди ссыльных возникали конфликты, стучались даже самоубийства. В это тяжелое время Алексей Иванович был не одинок — рядом с ним находилась Нина Се­меновна. С большим трудом ей удалось в 1916 году приехать в Нарым, и лишь ожидание ребенка заставило ее затем поки­нуть этот суровый край.

«Целую тебя и дочку от всей души, — писал вскоре Рыков в Ростов-на-Дону, где жена временно обосновалась у родите­лей. — Будьте здоровы, мои милые… Надеюсь, что скоро мы увидимся».

Это произошло гораздо скорее, чем он предполагал. Шли последние недели, дни и часы Российской империи. «Вчера, 3 марта, — взволнованно сообщал он жене, — из частной те­леграммы узнали о Временном правительстве. Впечатление колоссальное. Но кроме нас, никто ничего не получил… На­деемся на немедленный отъезд… Как хочется обо всем под­робно узнать. По-видимому, происходят события, невидан­ные в России».

Так оно и было. Революционная буря, годами зревшая в недрах страны, наконец-то разразилась и, втягивая в свой быстро разраставшийся смерч широкие народные пласты, приобрела намного большую мощь, чем в 1905 году. В тече­ние нескольких дней самодержавие в России было уничто­жено.

Выбор в буре, сделанный в свое время Рыковым и тысяча­ми его товарищей по партии, оказался точным. И хотя на гребне февральско-мартовских событий 1917 года поднялись иные политические партии — от меньшевиков и эсеров до бы­стро нацепивших красные банты кадетов и октябристов, — именно большевистские «муравьи революции» дали импульс выступлению се решающей ударной силы — рабочего класса. Оно всколыхнуло всю страну и вовлекло в политическую жизнь миллионные массы, стихийный взрыв которых дал не­виданный размах революции и вместе с тем на время захлест­нул ее пролетарский авангард.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta