Categorized | Эпоха в лицах

Сталинское истреблении старой партийной гвардии

Исчезновение… Такое точное слово нашел писатель Юрий Трифонов для названия своего последнего и, к сожале­нию, недописанного романа о сталинском истреблении старой партийной гвардии в 1937—1938 годах. Слово это точно еще и потому, что оно отражает постепенность нарастания этой ан­тибольшевистской акции. Ее первые проявления относятся к 1927—1928 годам, когда в тюрьмы, политизоляторы и ссылки попали многие троцкисты и другие «левые». Санкции против инакомыслящих большевиков, а то и просто почему-либо по­казавшихся неугодными продолжались и в начале 30-х годов, резко усилившись посте выстрелов в Смольном, сразивших 1 декабря 1934 года Кирова, и приобретая силу массирован­ного удара в 1937—1938 годах.

Предполагается, что в тс годы было репрессировано не­сколько сотен тысяч членов партии, может даже, до миллио­на. По тем же предположениям, карательные меры выкосили до 80% старой партийной гвардии.

В массе своей — и без того количественно невеликой — она ушла из жизни, оставив лишь отдельные осколки. Из коренных большевиков, составлявших в 20-е годы верхний слой партии, сохранились отфильтровавшисся «крепкие сто­ронники», а на деле соучастники Сталина да несколько ак­тивных в прошлом партийцев, по тем или иным причинам избежавших тяжелой доли своих товарищей (Петровский, Подвойский, Стасова, Литвинов, Коллонтай, Сольц и др.). К ним можно добавить и какое-то количество старых больше­виков из числа рядовых ленинской когорты. Ясно, что ни те, ни другие никакой сколько-нибудь заметной роли в делах партии уже не играли.

И все же завершение разговора о старой партийной гвар­дии на такой ноте не соответствует действительной характе­ристике ее великого значения и исторической роли, всей ее деятельности, проникнутой духом социального оптимизма. Один из лучших ее представителей — Алексей Иванович Ры­ков за десять лет до своей гибели пророчески сказал: «Будет ли Зиновьев или нет, будет ли Рыков или нет, Коммунисти­ческая партия останется. Октябрьская революция нас пере­живет…»

В этой рыковской фразе два ключевых слова — «партия и революция», «революция и партия». Инверсия их произведе­на здесь не случайно. Чтобы свершить революцию, прежде всего нужна была партия. В свою очередь победившая рево­люция потребовала партию осуществления ее свершений. Эти две жизни коммунистической партии — в борьбе за рево­люцию и в борьбе за воплощение ее завоеваний — определи­ли и два главных взаимосвязанных этапа в жизни Рыкова.

Между клеммами каждого из них — многообразные и подчас эпохальные события с их буднями и радостями, стра­даниями и даже горем. Думается, мы только сейчас, на новом витке своего социального опыта, начинаем по-настоящему всматриваться в то, изначальное для нас время. Во всяком случае, впервые вглядываемся без искажающих окуляров в его людей, по существу, заново и только-только приоткрыва­ем страницы их жизни и свершений, стараемся распознать в сохранившихся фото- и кинодокументах облик тех, кто ког­да-то был известен стране, а потом растворился в потоке ис­чезновения.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta