Categorized | Эпоха в лицах

Стремлением сориентировать двух чле­нов Политбюро

Не было ли все это стремлением сориентировать двух чле­нов Политбюро, и прежде всего Зиновьева, на главную опас­ность, возникшую в ЦК? Притом не просто сориентировать, а сделать это с учетом необходимости нейтрализации другой опасности — зреющего соперничества Зиновьева с Троцким.

Зиновьев был, пожалуй, в числе людей, наиболее близких основателю и вождю партии. Такое утверждение сегодня зву­чит непривычно. Тем не менее современники воспринимали Зиновьева именно как одного «из ближайших сотрудников и учеников тов. Ленина». Эти слова взяты из его биографиче­ского очерка тех лет. Как и Рыков, Зиновьев — он был двумя годами моложе — впервые увидел Ленина в женевском пред­местье Сешерон, и тоже в 1903 году. Но революционные судь­бы Рыкова и Зиновьева сложились по-разному. В отличие от Рыкова Зиновьев всего лишь около двух лет находился на не­легальной работе в России. Затем, в 1908 году, он приехал в Женеву к Ленину и с этого времени почти десять лет работал бок о бок с ним, под его непосредственным началом. С ним вернулся в Россию и с ним же скрывался в Разливе бурным летом 1917 года.

Став в первые недели после победы пролетарской револю­ции председателем Петросовета, Зиновьев с переездом Совет­ского правительства в Москву фактически возглавил этот важнейший район страны. Сохранился словесный набросок его портрета того времени, сделанный попавшим к нему на прием Федором Шаляпиным: «В кожаном костюме, бритый, среднего роста, с интеллигентным лбом и шевелюрой музы­канта». Завязавшуюся беседу он, по утверждению Шаляпи­на, прерывал телефонными разговорами: «С ними церемо­ниться не надо. Принять самые суровые меры… Эта сволочь не стоит даже хорошей пули…» Можно усомниться, конечно, что в присутствии посетителя Зиновьев частил такими теле­фонными командами. Но все же запись великого артиста при­мечательна; она по-своему характеризует эпоху и ее людей, восприятие петроградского руководителя определенными об­щественными слоями.

Немалое время глава Петросовета проводил в Москве. Весной 1919 года здесь состоялся учредительный конгресс III, Коммунистического Интернационала. Избрание Зиновьева председателем Исполкома Коминтерна, а с 1921 года — и членом Политбюро ЦК РКП (б) укрепило его положение бли­жайшего соратника Ленина, но вместе с тем и сыграло свою роль в пренебрежительной недооценке им значительного уси­ления Сталина на посту генсека.

Зиновьев был, в общем-то, незаурядным человеком, но, как кажется, не выдержавшим испытания властью. Со време­нем у него проявились претензии на «вождизм», амбициоз­ность, склонность к проявлениям жестокости и неразборчиво­сти в достижении целей. И все же нет серьезных и убедитель­ных оснований предполагать, что в первой половине 20-х го­дов он стремился к утверждению «культа своей личности» в том смысле, как мы понимаем это явление сегодня. Сознавая, что никто из ленинских соратников не может заменить вож­дя, он был в принципе сторонником коллективного руковод­ства, однако проявлял все более возрастающие претензии на то, чтобы играть в нем особую, даже исключительную роль.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

    • Лечение в австрии
    • Консультация, диагностика, комплексное обследование и лечение лимфомы
    • vipgroup.travel
     

Статистика:

Meta