Великодержавие как линия центрального руководства

Дело в том, что наши центральные органы начинают смотреть на управление всей страной с точки Зрения их канцелярских удобств.». Н. А. Скрыпник указывал на «едино-неделимое» устремление советских Аппаратов, которое «теперь устанавливает т. Сталин». В. И. Махарадзе, говоря о великодержавничестве, выступал против игнорирования местных условий, при Котором «разрешение национального вопроса становится именно в плоскость отвлеченных решений». Против чрезвычайной централизации хозяйственной жизни страны выступил Б. Г. Мдивани. Г. Ф. Гринько как об одной из главных преград на пути проведения национальной политики говорил о глубочайшей централи- Зяторской тенденции как в советском аппарате, так N в самой партии. Приведенные высказывания свидетельствуют, что под «великодержавным русским Шовинизмом» подразумевались те ошибки и просчеты, Которые допускались по отношению к республикам Представителями центрального партийного и государственного аппарата. В словосочетании «великодержавный русский шовинизм» были искусственно соединены Дна различных понятия: великодержавие и русский шо- Кинизм. Великодержавие как линия центрального руководства на вмешательство в дела всех без исключения республик действительно имело место. Однако для утверждений о том, что это осуществлялось во имя «русских интересов», нет оснований. Нарождавшейся Наднациональной бюрократии вольно или невольно Придавали национальную окраску. По этой причине Критика в адрес бюрократии впоследствии неизбежно распространялась на русский народ.

На съезде получила полную поддержку ленинская трактовка интернационализма со стороны «бывшей угнетающей нации». «Нельзя даже подходить здесь I точки зрения равенства наций.— утверждал Н. И. ухарин.— Наоборот. мы в качестве бывшей великодержавной нации должны идти наперерез национальным стремлениям и поставить себя в неравное положение в смысле еще больших уступок национальным Течениям. Только идя наперерез, только при такой Политике, когда мы себя искусственно поставим в положение более низкое по сравнению с другими, только ценой мы сможем купить себе настоящее доверие прежде угнетенных наций». Бухарин считал необходимым поступиться хозяйственной целесообразностью, чтобы, объединив национальности в союз, подвести прочный фундамент под Советскую власть. Эту идею поддержал и развил Зиновьев, полагая, что материальные жертвы российского пролетариата вполне могут быть компенсированы преимуществами морально-политического плана — сохранением «первенства борцов». Пока, по Зиновьеву, гегемония русского пролетариата должна ограничиваться рамками СССР, где будет показан образец решения национального вопроса народам Востока и всему миру. А в 1930 г. гегемония русского пролетариата может выразиться в том, что «мы, русские коммунары, бок о бок с иностранными рабочими будет драться на улицах европейских столиц».

 

 

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta