Одиночество Джорджа Буша

«Эй, Джордж, ты знаешь, сколько показывал термо­метр, когда мы вышли из склада? — Хью орал с рас­стояния двадцать метров и при этом был на три метра ниже меня.— Сто пять градусов. Но жара сухая, и ее не ощущаешь так сильно». Я увидел, как он закуривает вторую сигарету, прячась под тенистым деревом, пуская дым и сетуя на несправедливость жизни.

«Если бы меня спросили, я бы ответил, что сегодня адский денек, чтобы посылать людей красить эти про­клятые насосы,— сказал он.— Это просто свинство». Хью был в своей тарелке и хотел узнать, приобрел ли он союзника, также обиженного на Билла Нелсона, но не заметил того, что его товарищ по работе ведет себя не по-товарищески. С самого начала Хью относился ко мне как к молодому восточному сосунку, мальчишке-студен- ту из колледжа, который знает книжки, но не рыболов­ные снасти. И он был прав. Мне предстояло научиться еще очень многому.

Но хотел этого Хью или нет, а именно благодаря ему я и выигрывал. Билл Нелсон знал, что, какая бы работа ни была сделана, ее выполнил не Хью. Я прики­дывал, что рано или поздно Билл сообщит в контору «Идеко» в Далласе, что новый стажер Буш работает отлично и заслуживает большего, чем 375 долларов в месяц.

Время шло, температура упала. Она не могла быть выше 98 градусов к тому времени, когда задание было выполнено. Я был выжат, а мой зад поджарился. Но и самый последний насос был свежеокрашен в черно­оранжевые цвета «Идеко».

— Великолепно, Джордж,— сказал Хью Эванс, оце­нивая нашу работу. Его глаза остановились на насосах, затем взгляд переместился на меня, обгоревшего на солнце и перепачканного краской. У Хью, очевидно, бы­ло что-то на уме.— Джордж,— сказал он,— ты не воз­ражаешь, если я задам тебе личный вопрос?

— Смотря какой, Хью,— ответил я.— Что ты хо­чешь знать?

— Скажи мне одно,— сказал он,— что привело те­бя в Техас?

Этот вопрос требовал длинного развернутого ответа, но, приняв во внимание все обстоятельства, я остано­вился на кратком и простом. «В Техас,— сказал я ему,— меня привела возможность изучить нефтяной бизнес и подзаработать». Хью выслушал, затем покачал головой. «Тогда ты ошибся городом,— сказал он.— Деньги делают в Мидленде».

Он был прав. Мидленд в 25 милях к северо-востоку по 80-й автостраде был тем местом, куда устремлялись большинство других, кто ехал сюда в те дни послевоен­ной техасской нефтяной лихорадки. Здесь-то и заклю­чались нефтяные сделки, тогда как в Одессе продава­лось оборудование для добычи нефти и подрядчики- бурильщики складировали неработающие бурильные станки.

В Мидленде были спекулянты, в Одессе — подрядчи­ки; в Мидленде жили геологи и инженеры, в Одессе — рабочие-бурильщики, хулиганы, чернорабочие; Мидленд был денежным мешком, Одесса — мускульной силой.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta