Соседи Джорджа Буша

Хотя рама и скрипела, она не заглушала голоса по другую сторону перегородки. Наши соседи — мать с дочерью — принимали каждый вечер целую вереницу гостей мужского пола. На две наших квартиры при­ходился один из немногих внутренних туалетов на 7-й Восточной улице, и гости непрестанно занимали его от вечерних сумерек до рассвета.

Через дом от нас жила пара из Оклахомы, Джек и Валта Ри Касселманы, а через немощеную улицу — Отис Миллер, урожденный техасец, который в течение месяца терпеливо слушал, как его новые соседи с Вос­тока неправильно произносят его имя, называя его «0-тис», хотя на самом деле следовало произносить «А-тис». Это был наш первый урок техасской фоне­тики, но последовали и другие, когда я стал посещать ближайшие нефтяные прииски, проезжая через множе­ство небольших техасских поселков.

Летние месяцы миновали, и дневная температура упала, принеся «сезон» — не просто осень, а нечто та­кое, что в Техасе стояло в одном ряду (если не выше) с ценами на нефть и было главной темой разговоров за утренним кофе в столовой «Идеко».

Барбара и я были спортивными болельщиками, но мы никогда не видели ничего подобного футбольной горячке, которая охватывала Техас с сентября по конец ноября. Когда одесская команда «Бронко» играла в Абилине, Сан-Анджело или Мидленде, особенно в Мидленде, было бессмысленно пытаться говорить о чем-либо другом за 24 часа до или после игры.

Это случилось в разгар «сезона» 1948 года, в первую осень моей службы стажером в «Идеко», когда Билл Нелсон дал мне первое настоящее задание по продаже. Задание трудное: вероятный покупатель не понимал английского языка.

— Даллас присылает покупателя,— мрачно сказал Билл однажды утром, вешая трубку телефона.— Иностранца.

— Откуда? — спросил Лео Томас, агент по продаже.

— Из Югославии,— сказал Билл.— Не просто иностранец, но и чертов коммунист.

Шли первые годы послевоенного периода, когда Соединенные Штаты только что начали оказывать по­мощь Югославии, чтобы подтолкнуть маршала Тито к расколу с Москвой. Но у Билла была своя собствен­ная внешняя политика, и его вовсе не радовала пер­спектива стать нянькой при марксистском инженере независимо от того, светила при этом продажа или нет. Билл посмотрел на Лео Томаса. Лео взглянул на Хью. Потом все трое обратили взоры на меня. Смысл был ясен. Поскольку я сам очень походил в Одессе на иностранца, я и был назначен сопровож­дать югославского гостя.

Я почувствовал жалость к парню с той самой ми­нуты, как он вышел из вагона с растерянностью на лице и сербско-английским словарем в руках. Я сам едва-едва освоил язык нефтяных приисков, но нам кое-как удавалось объясняться, и я оказался в состоя­нии ответить на большую часть его вопросов относи­тельно бурильного оборудования, которое продавала компания. После обеда в последний вечер его пребы­вания в городе мы с Барбарой решили показать ему американский образ жизни.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta