Выводы Джорджа Буша

«Они требуют клятвы кровью, что вы не выставите свою кандидатуру на следующих выборах,— сказал он.— Иначе нам вряд ли удастся получить голоса».

Раздумывая над этим требованием даже 10 лет спустя, я все равно находил его странным. Это было заявление о вице-президентстве в духе Шермана: мол, я не буду баллотироваться, если окажусь в списке кан­дидатов, и не буду руководить сенатом, если меня из­берут. Но какой в этом смысл? Ведь ЦРУ никогда не было трамплином для высших постов. И я повторил эту фразу Брайсу.

Он кивнул, соглашаясь. «Но они все равно этого хо­тят»,— сказал он.

«А я на это не пойду»,— ответил я. От меня требо­вали слишком многого. Одно дело быть полезным пре­зиденту, но угождать партийным прихотям ради моего назначения — это было выше меня.

Дело не двигалось, пока не был предложен компро­мисс. Клятвы кровью с моей стороны не последовало, но Белый дом сделал следующее заявление:

«Посол Буш и я согласны с тем, что следует от­дать предпочтение экстренным нуждам внешней раз­ведки перед всеми другими соображениями и что в руководстве ЦРУ требуется преемственность. Поэтому, если посол Буш будет утвержден сенатом на пост директора центральной разведки, я не буду рассматривать его в качестве кандидата на пост вице-президента в 1976 году.

Это удовлетворило комиссию, которая затем утвер­дила мою кандидатуру 12 голосами против 4. После перерыва в заседаниях в связи с Рождеством полный состав сената подтвердил назначение 64 голосами про­тив 27, и через три дня мой друг и сосед верховный судья Поттер Стюарт привел меня к присяге как ди­ректора ЦРУ в штаб-квартире ЦРУ в Лэнгли, штат Виргиния, на другом берегу Потомака, прямо напротив Вашингтона.

Январь 1976 года. Начало года президентских вы­боров. Президент Форд и губернатор Рейган еще шли голова в голову на праймериз в Нью-Гэмпшире. Но в вашингтонской прессе уже обсуждались две новые неслыханные новости на национальной политической арене — результаты предвыборных кокусов в штате Айова и успехи губернатора штата Джорджия Джимми Картера.

Один из выводов, который я сделал в результате работы на двух дипломатических постах — в ООН и Китае,— состоял в том, что ни в коем случае нельзя недооценивать символики. Именно символики, а не имиджа, который является чем-то совсем иным. Имидж относится к внешнему, к тому, как ты выглядишь перед миром. Символика же сводится к откровениям — к тому, что ты хочешь сказать миру.

Став директором ЦРУ и директором центральной разведки, я выполнил свою первую задачу — составил послание служащим управления, причем не только тем, кто работал в штабе в Лэнгли, но и находившимся за границей. Было важно, как обо мне судят на Капито­лийском холме; было важно, как я выгляжу в прессе; но самым важным было возглавить работу американской разведки. И популярность на Холме или в прессе была второстепенным делом по сравнению с тем, чтобы за­воевать доверие людей, которые работали на ЦРУ и на все разведывательное сообщество.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta