Положение в Чечне

Положение в Чечне принципиально отличалось от ситуации в Дагестане, где обитали около двух десятков 17 авторитетных суфийских наставников (крупнейшего из которых, Саида-аффанди Черкеевского, признают и накшбандиты, и шазилиты), организовавших религиозное пространство и сопричастных к местной политике. Принять на себя духовную миссию Ахмат-хаджи не хотел. Он даже отказался от поста муфтия, сосредоточив внимание на решении хозяйственных вопросов. Но проблема религиозного вождя оставалась открытой.

Кадирит Ахмат-хаджи нашел выход: он стал апеллировать к истории. Он чувствовал двусмысленность положения, в котором оказался. С одной стороны, продолжалась война с сепаратистами-ваххабитами. Аслан Масхадов говорил, что выборы Кадырова не изменят принципиально ее ход. С другой стороны, кремлевская «чеченизация» формально соответствовала позиции Масхадова, искавшего возможность для диалога. Но было поздно — Путин нашел «своего» сепаратиста, и участь Масхадова была решена. Тем временем сам Ахмат-хаджи пытался выстраивать такой диалог с одним из самых влиятельных полевых командиров Русланом Гелаевым.

«В ситуации безнадежности, после краха проекта независимости, при отсутствии перспективы политического урегулирования исламская риторика остается единственным способом поддержать национальный проект, — писали в начале 2000-х годов французские ученые Од Мерлен, Анна Ле Уэру и их коллеги. — В этом смысле национальный дискурс подпитывается сегодня риторикой мирового джи- хада»18. Однако «мировой джихад», значение которого завышалось многими авторами, быстро утрачивал в Чечне и без того ограниченную привлекательность. На Ахмата-хаджи работало то обстоятельство, что приверженцы «нетрадиционного ислама» своей бескомпромиссностью и жестокостью дискредитировали собственные идеи. «Салафитский проект провалился, потому что у него не было социокультурного базиса, а его реализация приводила к постоянному противостоянию между различными военно-политическими группировками».

Состоялось политическое урегулирование, в результате чего появилась надежда на конкретное улучшение жизни, которая уже не связывалась с глобальными лозунгами. Исламская риторика сохранилась, но развернулась на 180 градусов. Апелляция к религии была адаптирована к задаче восстановления республики, интеграции общества вокруг промо- сковской власти и нормализации отношений с Россией.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta