Власть в Чечне и Дагестане

Приход суфиев в политику стал закономерным продолжением исламского возрождения, общей политизации ислама. Полемизируя с салафитами и ваххабитами, они поддерживают светскую власть в ее противостоянии радикалам. Местные администраторы, многие из которых и сами ученики шейхов — мюриды (пусть пассивные и «ленивые»), обрели в суфиях верного стратегического союзника. Тарикаты сохраняют влияние на население, а уважение мусульман к шейхам было несравненно выше, чем к официальным имамам, назначаемым духовными управлениями. Происходит взаимная диффузия, при которой тарикаты постепенно поглощают официальный мазхабный ислам, мечетскими имамами становятся члены братств.

Власть в Чечне и Дагестане поощряет суфийских наставников, которые привлекают на свою сторону «заблудшие молодые души», подвергшиеся салафитской и ваххабитской индоктринации и потому не понимающие суфийское учение и отторгающие его. Сама администрация также втянулась в тарикатский ислам, постоянно общаясь с шейхами и даже консультируясь с ними при принятии некоторых решений. Тарикатский ислам использовался ею как политический инструмент, разумеется, если на это были готовы обе стороны.

Однако, принимая участие в политике, уделяя все больше внимания социальным вопросам, тарикаты своей идеологией и практикой стали напоминать исламистов, чей интерес также устремлен больше на мирские, чем на собственно религиозные дела. «Основные направления и специфика религиозно-политической деятельности сторонников тари- ката и дагестанских фундаменталистов в Дагестане, — отмечал Загир Арухов, — сводились к тому, что, во-первых, пропаганду основ своего учения. сторонники сунны и джамаата вели, не отказываясь от своей основополагающей цели — установления исламского строя. Под их влиянием последователи тариката, по крайней мере, примыкающие к духовному управлению мусульман, также все активнее стали обращаться к политической риторике»22. Сходство традиционного и «фундаментального» ислама отмечал известный в 1990-е годы великий путаник Хож-Ахмед Нухаев, инстинктивно угадавший возможность их соприкосновения: «Че

ченский “тайпизм”, несмотря на существующие деформации и ослабления традиций, является последним очагом фундаментального Ислама». Очевидно, под фундаментальным исламом он подразумевал салафийю, поскольку он тут же противопоставляет салафитов ваххабизму.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta