Бунтующее Бутово

Это история битвы в столичном микрорайоне Южное Бутово летом 2006 года. Все лето жители района держали оборону против принудительного сноса своих частных домов. Напомним, 8 июня 2006 года жительница Южного Бутова Юлия Прокофьева и ее сын не захотели переезжать из своего пятикомнатного частного дома с большим двором в однокомнатную квартиру. Соседи, которым вскоре предстояло оказаться в такой же ситуации, разбили на участке Прокофьевых палаточный лагерь и не позволили, снести дом и насильно переселить его обитателей. Мгновенно собрались две сотни местных жителей. Попытка силой (с помощью милиции и ОМОНа) провести решение судей в жизнь вылилась в настоящую потасовку. Более 200 жителей Бутова, включая седовласых стариков, сошлись врукопашную с представителями правоохранительных органов. Было проведено два штурма, и ни один из них не закончился успехом. Часть людей засели непосредственно в домах, другие держали оборону на участках.
Против чего боролись люди? Дело в том, что московские чиновники предложили жителям поменять дома на однокомнатные квартиры, хотя рыночная стоимость одной только земли в несколько раз превышает стоимость квартиры. Поэтому свои действия жители считают более чем оправданными. После первой попытки штурма жители организовали постоянное дежурство, разбили палатки во дворе дома и по очереди в них ночевали.
19-20 ИЮНЯ 2006 года:
вторая попытка насильственного выселения
(записки наблюдателя)
В московском микрорайоне Бутово жители по-прежнему находятся в палаточном лагере и протестуют против переселения семьи Прокофьевых. Напротив довольно обширного участка уже возводят многоквартирные дома, а во дворе — грядки, растут яблони, вишни, липы и акации у забора, целый луг нескошенной травы, поставлены качели и кольцо для баскетбола. Взамен всего вышеперечисленного Юлии Прокофьевой и ее взрослому сыну дают однокомнатную квартиру. Они отказываются переселяться, требуя большую квартиру и компенсацию за потерянный участок. Но Зюзинский межрайонный суд посчитал подобную замену равноценной, и на руках у судебных приставов появился ордер о выселении.
В обороне участка Прокофьевых участвуют в общей сложности несколько сотен жителей Бутовского поселка. Другого выхода у них нет, так как в ближайшее время в Бутово собираются снести еще более 500 частных домов. 19 июня в 7 часов утра судебные приставы, милиция и ОМОН начали штурм дома по адресу: улица Богучарская, 19. Но соседи Прокофьевых еще с вечера поставили на их участке палаточный лагерь. Когда забор вокруг участка сломали и двух жителей дома вытащили на улицу, одной из пожилых женщин стало плохо. Еще несколько человек пострадали от дубинок ОМОНа. После вмешательства жителей поселка, которых собралось на месте около 200 человек, Прокофьевых отпустили, и они смогли вернуться в дом. Основной въезд во двор жители Бутова спешно забаррикадировали.
На место событий приехал помощник одного из депутатов Мосгордумы от КПРФ, живущий в Южном Бутове. Он вызвал на помощь жителям Бутова несколько активистов АКМ и НБП, которые незамедлительно оказались на крыше выселяемого дома. Они размахивали флагами своих организаций, что, по мнению некоторых местных жителей, было не больше чем самопиаром. «Лучше бы размахивали плакатами!» — сетовал один из соседей Прокофьевой. Двоих политических активистов днем задержали, но довольно быстро отпустили.
К пяти часам вечера, когда рядом с домом осталось около 50 жителей поселка, омоновцам удалось обеспечить подъезд к крыльцу двух «бычков»,в которые начали загружать мебель. К 9 часам вечера, когда из дома была вывезена почти вся мебель, выбиты все окна и двери, обрублены свет, газ и телефонная связь, а забаррикадировавшиеся в комнате хозяева, несколько их соседей и трое спустившихся с крыши политактивистов добровольно оставили помещение, ОМОН покинул место события. После этого была предпринята попытка сноса дома бульдозером. Протестующие, поспешно укрепили утреннюю баррикаду на основных воротах, и бульдозеру пришлось повернуть обратно. Милиционеры в обычной форме после провала попытки штурма разошлись по своим машинам, припаркованным за пределами двора. Оживление в милицейском лагере наблюдалось между 3 и 4 часами утра, но нового штурма не последовало.
Около полуночи вывезенная мебель была свалена возле подъезда, где находится будущее пристанище Прокофьевых. Хозяева дома последовать за ней отказались и остались на участке. Б Бутово приехал известный адвокат и член Общественной палаты Анатолий Кучерена, с недавних пор представляющий интересы Прокофьевых в судебных инстанциях. Протестующие забаррикадировали вторые ворота, протянули электричество из соседнего дома и восстановили двери.
20 июня в 8.15 утра во дворе появился заместитель префекта ЮЗАО г. Москвы по строительству. Он заявил, что данная земля является собственностью города, и настоятельно рекомендовал всем присутствующим, кроме милиционеров и строителей, покинуть территорию. Никто его советом не воспользовался. Анатолий Кучерена и Юлия Прокофьева ссылались на отсутствие у них документа о собственности на новую квартиру и на незаконность менового договора (обмена собственности на дом на собственность на квартиру) с муниципалитетом, который был подписан не ею, и ее сыном, а бывшим собственником одной из частей дома. Чиновник уехал, обещав вернуться с требуемыми бумажками. После этого около дома осталась только одна милицейская машина.
Участники лагеря протеста начали организовывать свою жизнь, к 10 часам утра был составлен график дежурств, чтобы протестующие, сменяя друг друга, могли отдыхать и заниматься необходимыми делами. На 26 июля намечено выселение жильцов из соседнего, 17-го, дома по Богучарской улице, и палаточный лагерь может переместиться на соседний участок. Жители Бутова заявляют, что участником палаточного лагеря может стать любой желающий, если он разделяет требования его инициаторов о соблюдении властями законодательства и о прекращении беспредела в Бутове.Как и зачем борются жители Южного Бутова: глас народа
(интервью с участниками палаточного лагеря,
21 июня 2006 года)
Алексей, сосед по поселку Бутово: «Как появились судебные приставы, мы все пришли на помощь, поскольку это нам всем грозит. Снос незаконен/ Слюдъ-ми надо считаться! А что делают? Присылают нам омоновцев! Я очень устал. Я здесь дежурю уже четвертый день. У меня глаза слипаются. А власть все врет, что люди на самом деле согласны на переселение. Это не так! Только капля согласна съезжать, а большинство — против. А нас насильственно пытаются выселить. Семья Прокофьевых — первый случай, когда людей вынуждают съехать. Они не хотят покидать землю. Поэтому, конечно, мы все пришли на помощь».
Елена, из соседнего поселка Липки:
- Московская власть врет, когда говорит, что люди дали согласие на пере
селение. У нас точно такая же ситуация, точно так же через некоторое время
могут прийти и снести все. Нам не дают приватизировать землю. Это Луж
ков дал команду. Он никому в Москве не дает оформить землю. А это же наша
земля! И по закону мы имеем право ее приватизировать, но Лужкову наплевать
на федеральные законы. Он хочет отобрать у нас землю и перепродать в 100
раз дороже! Это целая мафия! И судиться как? Все суды под Лужковым! У нас
защита — только в Верховном суде.
- А как вы сюда приехали?

- Мы раньше жили на Садовом кольце, продали двухкомнатную квартиру, чтобы купить дом — развалюху маленькую и перестроить его. Это было в
1995-м. А сейчас нас тоже будут сносить. Мы семья небогатая. Когда мы перестраивали дом, мы влезли в долги, дети фруктов не видели.
- Как получилось, что вы так сплоченно поддерживаете друг друга?
-А просто! Это же частный сектор. Какя говорю своим детям, мы все деревенские. Ходим друг к другу в гости, поэтому и поддерживаем друг друга. Более того, мы поддерживаем связи со многими поселками. Со всей Москвы к нам приезжают. Как не поддерживать! Вы бы видели, когда омоновцы пришли! Против старух и детей нагнать таких головорезов! Такие квадратные рожи. Глаза то ли обкурены, то ли еще что. Мозгов нет, какие-то роботы. А они на людей напали! На детей и на старух.
То, что нас мало, это еще ничего не значит. Мы же по очереди дежурим. Причем мы еще пытаемся продолжать вести нормальную жизнь. Надо же работать.
- Как вы организованы?- У нас инициативная группа. Нас объединили люди, местные жители, которые себя зарекомендовали. У многих есть юридический опыт. А мы, кстати,
в своем поселке создали общину, но муниципальное собрание отказывается при
знать нашу общину.
- Как начались ваши действия по защите ваших домов?
- Мы давно пишем, ко всем обращаемся. Везде отписки. Суды все подкупле
ны. Все наши протесты, пикеты и митинги игнорировались. И это при том,
что Лужков публично заявил, что ничего не будет сделано без согласия людей.
И большинство верило. И только когда начался насильственный снос, у всех
глаза раскрылись. Все, конечно, е шоке. Мне кажется, половина Москвы его про
сто уже ненавидит. Ведь проблема касается не только частного сектора. Из
центра людей тоже выгоняют. Люди к нам приезжают со всей Москвы и рас
сказывают о подобных случаях.
И только вот такая акция пробудила общественное мнение. Мы рады, что на эту проблему обратили внимание федеральные власти. Мы очень надеемся на помощь федеральной власти. Пусть президент услышит нашу молитву!
- То есть вы считаете, что все дело в московской власти?
- Ну, в Москве однозначно беспредел! Лужков уже перепутал свой семейный
бюджет с городским. Это все строительная мафия. Надоело это все! На всех
идет давление. Всех собственников выжимают, выкручивают руки, а потом
говорят — они согласны! И врут постоянно! В 2004 году, когда пошел разговор о
нашем сносе, префектура провела опрос. Община попросила результат, и оказалось, что чуть ли не все согласны со сносом. Естественно, мы провели свой
собственный опрос. И получилось, что только восемь семей согласились на переселение. А всего у нас в поселке 65 домов! Но наш опрос, конечно, никто не при
знает.
До сих пор сохраняется активная инициативная группа бутовцев, не желающих покидать свои дома. Летом 2007 года они вошли в состав Совета инициативных групп Москвы. До сих пор оставшиеся жители живут в осаде, в домах, окруженных многоэтажками и стройками, под постоянной угрозой насильственного сноса. За три года было еще несколько попыток принудительного выселения. Большинство из них было отбито благодаря активному сопротивлению соседей, активистов других инициативных групп и молодых политических активистов. Были случаи криминальных поджогов, сноса домов в отсутствие владельцев (даже без вывоза мебели!). Бутовцам неоднократно приходилось строить баррикады возле таких домов, благодаря чему многие попытки насильственного выселения удалось отбить.Кое-какие успехи у бутовцев есть. Прокофьевы получили две двухкомнатные квартиры и 1 миллион 200 тысяч рублей компенсации за свой участок. Но в целом предложенные компенсации были намного ниже. Чиновники продолжают препятствовать оформлению земельных участков в собственность, ведь в этом случае им придется выплачивать жителям компенсации в миллионы долларов — по рыночной стоимости столичной земли.
С момента создания коалиции инициативных групп бутовцы активно участвовали в совместных действиях и в еженедельных координационных собраниях. Их представители принимали участие и в межрегиональных конференциях и мероприятиях. Бутовцы показали, что они понимают солидарность не только в одностороннем порядке. «Другие нам помогли, мы тоже помогаем», — часто повторяют представители Бутова.
Итог: большой общественный резонанс, который имел этот конфликт, положил начало движению против точечной застройки в Москве и в других городах. Бутово стало брендом антиуплотнительной борьбы. Появились новые лозунги: «Нет новому Бутову!», «Нет ижевскому (пермскому) Бутову!».
Этот пример наглядно демонстрирует, каковы мотивы столь решительной борьбы.
Во-первых, необоснованные и насильственные действия власти, которая игнорирует мнение жителей и нарушает их права (на землю и на дом).
Во-вторых, отказ представителей власти от ведения равноправного диалога и переговоров. Так, в случае с Южным Бутовом мэр то обещал, что ни один дом не будет снесен без согласия жителей, то публично обзывал бутовцев «жлобами», то посылал бульдозеры на невооруженных людей. В результате для подавляющего большинства жителей Бутова власть в лице мэрии Москвы стала врагом номер один. «Мэр воюет со своим народом», — гласил транспарант на месте руин, которые остались от снесенного дома семьи Барановых 31 июля 2008 года. Чем одиознее выглядели действия власти, тем радикальнее становились слова продолжавших сопротивляться бутовцев.
Необходимо также отметить высокую степень сплоченности местных жителей — они быстро и эффективно организовались. Моментально нашлись специалисты по связям со СМИ, по юридическим вопросам, по связям с другими общественными и политическими организациями. Положительную роль сыграло и широкое освещение конфликта всеми СМИ, включая официальные и федеральные.
Со временем многие жители сдались и согласились переехать, но многие остались и проявляют активность не только у себя в поселке, но и в рамках более широких коалиций. Некоторые из них стали политическими активистами.
В целом Бутово можно считать удачным примером коллективных действий. Жители вынудили мэрию пойти на уступки и повысить сумму компенсации. Кроме того, им удалось преодолеть разногласия (одни боролись за равномерные компенсации, а другие — за право остаться у себя в доме) и вести многолетнюю борьбу. В зависимости от политического контекста они использовали разнообразные способы давления на власть — судебные иски, обращения в СМИ, мирные сходы жителей, даже уличные чаепития, переговоры и акции прямого действия, но главным их оружием, и это очевидно, стали сплоченность и решительность действий. Жители Бутова, несомненно, сумели прорваться в публичное пространство и завоевать симпатии общества.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta