Движение против повышения тарифов и плохой работы коммунальных служб (коммунальное движение)

Цены на ЖКУ начали расти с 1993 года, однако темп их роста отличался от темпа инфляции в целом. С начала 2000-х рост тарифов, стал опережать средний уровень инфляции, и оплата ЖКУ превратилась в существенную и ощутимую статью расхода в бюджете малообеспеченных семей.
Некоторые из региональных властей утратили чувство меры и повысили тарифы на 200 и выше процентов, что стало причиной бунтов местного населения (например, в Воронеже в 2002 году). В 2005 году тарифы в очередной раз были повышены в среднем по стране на 35%, что вкупе с монетизацией льгот еще больше усугубило бедственное материальное положение населения и вызвало недовольство существенной его части. Поэтому в конце 2005 года Законом №210 было установлено минимальное государственное регулирование тарифов на коммунальные услуги (электроснабжение, тепло). Теперь тарифы растут в рамках «предельных индексов» (в 2006 году- в среднем на 20-25%, в 2007-м — на 10-15% и в 2008-м — на 15-20%), однако этот рост все еще выше, чем средний по стране уровень инфляции. В 2009 году государство прекратило регулировать тарифы, и коммунальные компании получили практически полную свободу в определении их размеров. В условиях кризиса, когда снизились доходы большинства населения, повышение тарифов (в среднем на 25%) вызвало резкое недовольство, которое стало причиной настолько массовых уличных выступлений, что правительство РФ было вынуждено временно сохранить «предельные уровни тарифов».
В условиях, когда государство почти отказалось от регулирования тарифов, монополисты — коммунальщики (в частности, «Газпром», теплосети и электрокомпании) диктуют цены. Это объясняет «экономическую необоснованность» тарифов, против которой протестуют жители. Монополизм коммунальных структур, их финансовая непрозрачность в сочетании с коррумпированностью власти стали причинами, вследствие которых тарифы оказались существенно выше себестоимости. Кроме того,начиная с 2005 года, появилась новая проблема — разворовывание средств ЖКХ фирмами-посредниками. Ситуация усугубляется еще и тем, что с 1 января 2009 года стартовала полная монетизация льгот по оплате ЖКУ, которая без твердого финансового обеспечения может стать причиной крупных конфликтов и скандалов (первые признаки этого уже заметны, например в Астрахани). Отныне льготы по оплате отопления, квартплаты и электроэнергии пенсионеры будут получать в денежном виде, а коммунальным компаниям они будут обязаны платить 100 процентов стоимости услуг.
Таким образом, большая часть населения ощущает на себе бремя тарифов, и в первую очередь пенсионеры, жители малых городов или жители, уже попавшие в сети управляющих компаний. Протестные выступления против роста тарифов происходят, как правило, в начале года, после того как жители получают новые счета.
До недавнего времени для того, чтобы оспорить «экономическую обоснованность» тарифов в суде (например, в 2004 году в Мурманске было выиграно дело против мэрии, тогда суд постановил отменить незаконное распоряжение городских властей о повышении тарифов), активные жители использовали несовершенство законодательства. Но с реформой законодательства эра судебной практики завершилась, и теперь жители бессильны использовать закон в борьбе с коммунальщиками и произволом местных властей. Остается лишь один путь — массовые акции протеста.
В начале 2005-го, а также в начале 2006 года уличные выступления, начинавшиеся стихийно (хоть и в рамках акций, объявленных КПРФ) и часто заканчивавшиеся перекрытием дорог, прошли в ряде крупных городов — в Благовещенске, Липецке, Ульяновске, Екатеринбурге, Воронеже, а также и во множестве малых городов. В ряде случаев, проведя акции повторно, люди добились пересмотра решения городских властей.
Затем протест — по крайней мере инициированный снизу — на некоторое время стих, во многом по причине установления минимального государственного регулирования тарифов, и стал исключительным делом политических оппозиционных организаций, в первую очередь КПРФ. Так, в феврале 2007 года прошла организованная КПРФ Всероссийская акция протеста против повышения тарифов на ЖКХ. В ряде регионов на совместную с коммунистами акцию вышли «Яблоко», ОГФ и другие. Среди лозунгов — не только протест против тарифов, но и требование отмены Жилищного кодекса, восстановления льгот и повышения пенсий. По инициативе КПРФ в резолюции митингов также было включено требование нормализации отношений с «братской Беларусью». Наиболее многолюдные акции, по данным организаторов, прошли в Красноярске (5000), Хабаровске (1500), Омске (1000), Ижевске (1000) и Владимире (800). На митинге в Хабаровске был поднят лозунг отставки правительства России.
В начале 2009 года очередной скачок тарифов, а также последствия мирового финансового кризиса всколыхнули новую волну протеста против роста цен (на ЖКУ, но также на общественный транспорт и на продукты питания). В марте-апреле 2009 года прошли общероссийские дни протеста, организованные КПРФ, с одной стороны, и Союзом координационных советов (СКС), с другой. Кроме того, для борьбы с завышенными тарифами создаются городские движения, например, в подмосковном Клину (где 21 и 22 марта 2009 года прошли многотысячные «несанкционированные» митинги) было образовано движение «Согласие и правда». В качестве общего обозначилось требование к правительству РФ о введении моратория на рост тарифов во время кризиса.
Самые массовые уличные акции прошли в начале 2010 года, знаковым событием стало проведение 10-тысячного митинга 30 января 2010 года в Калининграде. Однако повышение тарифов на ЖКУ — это только одна из многих тем, которые вызвали возмущение людей и заставили их выйти на центральные площади городов, протестуя против «чиновнического произвола» и «ограбления народа» властной верхушкой.
Проблема роста тарифов тесно связана с плохим качеством работы коммунальщиков. Отключения тепла и.электричества нередко вызывают массовые протесты, особенно если они затрагивают большое количество людей. Самые крупные проблемы с коммунальщиками являются следствием жилищной реформы, которая породила многочисленных посредников между поставщиками услуг и жителями и стала причиной взаимных неплатежей между разными агентами. Поэтому проблема ЖКХ особенно остро обозначилась, начиная с 2008 года.
Из всех акций, посвященных работе коммунальных служб, наиболее массовыми были выступления в Дагестане. В столице Дагестана Махачкале в течение всего 2008 года протестовали против постоянных отключений электроэнергии и газа, поднимались и другие коммунальные вопросы. При этом в отличие от других регионов России жители Махачкалы сразуприбегают к радикальным мерам — перекрывают проспекты и главные улицы. Перекрытия происходили 11 января, 23 января, 23 мая, 14 октября и 10 ноября и носили массовый характер — в них участвовали от нескольких сотен до тысячи человек. В течение года дороги перекрывали и в других городах республики. Однако проблемы так и остались нерешенными.
Можно привести и более частные примеры. Около 200 жителей Сочи 2 сентября перекрыли улицу Красноармейская с требованием восстановить энергоснабжение в их домах. Электричество отключили 31 августа, объяснив это аварией с повреждением кабеля. Срочно прибывшие к митингующим заместитель мэра и представители «Сочинских электросетей» пообещали восстановить энергоснабжение до конца дня.
На акции, проходившей в Саратове 3 октября 2008 года, около 400 человек протестовали против незаконно выставленных ТСЖ корректировок на свет, воду и отопление и стихийно перекрыли шоссе. Осенью в нескольких российских городах прошли акции против плохого отопления жилья, отсутствия электричества и прочих неудобств. В частности, акции прошли в Северске (Томская область), Петербурге, городах Ленинградской области.
Подводя итог, хотелось бы подчеркнуть, что о коммунальном движении можно говорить только условно, поскольку из всех движений жителей оно наиболее слабо структурировано, больше прочих инструментали-зировано и в наименьшей мере опирается на самоуправляющиеся гражданские инициативы. Имеется в виду, что недовольство тарифами — это скорее фоновая ситуация, которую те или иные оппозиционные партии используют для привлечения людей на свои митинги. Несомненно, иногда случается стихийный всплеск протеста или партийная организационная помощь удачно сочетается со стихийным протестом, но их результатом крайне редко становится целенаправленная кампания или образование самостоятельных низовых гражданских структур.
Хотя есть и исключения. Например, в Воронеже в 2002 году массовые протестные акции привели к созданию штаба протестных действий и сопровождались политической и судебной борьбой за пересмотр и перерасчет тарифов (что было достигнуто). Также в рамках некоторых городских координационных советов образовались комитеты по ЖКХ, где группы активистов (как правило, пенсионеры) отслеживают ситуацию и контролируют тарифы. Но в целом одноразовые акции протеста, как правило, неоформляются в структурированное движение ни на городском ни, тем более на межрегиональном уровне.
Кроме того, основная часть участников этих акций — люди, ощущающие себя беспомощными, которые приходят выразить свой гнев властям, чтобы государство повернулось к ним лицом. Это типичный электорат КПРФ (пожилые, государственники, склонные к делегированию своей власти). Как правило, активность большинства из них ограничивается участием в одноразовых митингах. Мало кто из них у себя дома пытается хоть как-то контролировать качество коммунальных услуг (это по законодательству возможно), цены на них (контролируя управление домом), вникать в тарифы, избавиться хотя бы от лишних посредников и организовать оплату так, чтобы она поступала напрямую коммунальщикам. На митингах редко звучат конкретные предложения о том, как реформировать ЖКХ, чтобы коммунальные услуги предоставлялись хорошего качества и по доступным ценам.
Приведем в качестве контрпримера человека, принимавшего участие в митинге против роста тарифов на ЖКХ в Новосибирске в марте 2006 года. Он — старший по дому и, по его собственному утверждению, «занимается вопросами ЖКХ и оплаты уже много лет». Он активно ищет информацию (в газетах и по Интернету) о реформе ЖКХ и считает, что реформа «нужна», но не в том виде, в каком ее предлагает правительство. Реформа необходима, чтобы люди могли «экономить», например, ставя счетчики тепла. Этот человек пришел на акцию, так как считал, что повышение тарифов необоснованно и является результатом «махинации монополистов».
Он очень серьезно подходит к этому вопросу: «Я хочу понять, из чего складываются эти тарифы. Почему они не могут быть прозрачными. Почему не могут расписать, сколько в этих тарифах работы человека, сколько заложено зарплаты чиновников в ЖЭУ или в Москве, сколько аренды, где заложена какая техника?»
Он пессимистически оценивает эффективность митинга: «От такой акции не много будет проку. <... > Да власть просто посмотрит на это, посмеется — и все. Это неэффективно. Поэтому и акцию-то разрешили только на отшибе. <...> Эти митинги — только для красоты. Потому что руководители этих митингов не могут сделать ничего лишнего. Они не могут себе многого позволить. Они боятся за себя».Сам он мыслит категориями эффективности, поэтому предлагает соответствующие меры: «Для того чтобы был эффект, перекрывать надо основные магистрали. И надо, чтобы приходили массы. Вот в Новосибирске 1,5 миллиона. Наверное, тысяч 500 сидящих дома детей, бабушек и дедушек. Ну, вышли бы они на улицу, только без всяких там партийных руководителей, которых подставлять нельзя, перекрыли бы Транссибирскую магистраль, автомобильную дорогу. Вот и весь вопрос. Тогда и толк будет».
Таких, как он — тех, кто критикует формат митингов за их неэффективность и формальный характер, — довольно много. И многие предпочитают изучать тарифы ЖКХ у себя дома, бороться в одиночку (мы встречали немало таких одиночных борцов, которые вечно судятся с коммунальщиками, для того чтобы снизить оплату для себя лично).
Но герой нашего повествования отличается от остальных тем, что нацелен на коллективные действия: «Я всегда хожу на такие акции и в доме своем объясняю людям, что бессмысленно возмущаться, сидя у телевизора <... >. Наши же люди нецивилизованы. Законов они не понимают. Почему во Франции чуть бензин подорожал — автомобилисты встали по всей стране. Почему мы сегодня не можем сделать то же самое? Это еще целому поколению надо будетучитъся. А у нас народ привык до последнего прогибаться, жить на хлебе и воде».
Критичная оценка митинга нашим героем нам кажется наиболее существенной — это не только абстрактные слова обывателей, любителей дать умные советы и при этом ничего не делать или действовать эгоистично. Поэтому в оценке движения против роста тарифов мы склонны опираться на его мнение — это скорее одноразовые акции, организованные политическими партиями, чтобы выпустить пар, а не добиться результатов.
Это тем более верно, так как организаторы этих митингов все еще, по словам нашего собеседника, «не занимаются чем-то постоянно», то есть не реализуют последовательную кампанию, а «время от времени зарабатывают очки». Однако, несмотря на это, а также на то, что он понимает зависимость КПРФ, которая не может себе позволить резкие поступки («если бы лидеры компартии призвали перекрыть дорогу, им завтра голову бы открутили»), он приходит на эти митинги и агитирует людей участвовать в них.
Более того, он пытается делать все, что от него зависит, чтобы ситуация изменилась, и причем не только у себя дома. Он пытается создатьв своем доме ТСЖ («и это очень нелегко сделать»), информировать людей (_«Я на собраниях по проблеме ТСЖ всегда выступаю, рассказываю о возможностях, которые у нас есть…>>), делиться опытом (он бывший строитель, навыки какие-то есть).
Мы неспроста так долго рассказывали об этом жилищном активисте. На наш взгляд, его деятельность содержит больше признаков общественной активности, чем многие одноразовые митинги. С другой стороны, то, что он ходит на эти митинги, все же показывает, что они бы могли (и иногда могут) стать местом кристаллизации долгосрочных и самоуправляющихся гражданских структур

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta