Палаточный лагерь: как это было

Примерно в 11 часов у Белого дома собралось около 700 человек с плакатами, транспарантами, пачатками и спальниками. Люди попытались пройти на Горбатый мост, но редкое оцепление из сотрудников милиции с помощью металлических конструкций перекрыло им дорогу. ОМОН отгородил людей от проезжей части, опасаясь перекрытия. Начались долгие переговоры, а так как организаторов у акции формально не было, разговаривать было не с кем. Милицейский чин в звании подполковника около 20 минут выслушивал нужды и чаяния собравшихся. Тем временем обманутые соинвесторы все прибывали, и люди начали просачиваться через оцепление и занимать лужайку у Горбатого моста. Когда путь был открыт, все митингующие переместились на газон и стали устанавливать палатки. В рядах сотрудников милиции началось замешательство. Вокруг разрастающегося палаточного городка бегали сотрудники милиции с рациями и пытались выяснить, где тот или иной начальник. Через какое-то время на Горбатом мосту возник милиционер с мегафоном. Время от времени сотрудник обращался к собравшимся: «Митинг не санкционирован, просьба всем немедленно разойтись». Подполковник в это время вслед за митингующими переместился на лужайку и в окружении ОМОНа попытался сломать одну из палаток. Обманутые соинвесторы подняли невероятный шум. «Достройте Щербинку!», «Хотим детей!», «Путин, защити!» — кричали они. Кто-то затянул революционную песню. Сотрудников милиции было около 100 человек, 40 из них — ОМОН, митингующих — около 1000 человек. Силы были неравны, милиция ретировалась и построилась у памятника борцам революции.
Митингующие тем временем установили восемь палаток и заняли почти всю лужайку. Люди все прибывали и прибывали, пролезали под Горбатым мостом, пробирались через ограду стадиона, перепрыгивали через ограждения. Больше всего радовались журналисты — все телеканалы и новостные радиостанции прислали к Белому дому своих сотрудников. От количества камер было жутковато, создавалось впечатление, что находишься на съемках реалити-шоу «Где моя квартира, чувак?!». В то же время СМИ сделали свою работу — на лужайке оказывались люди, которые узнали о происходящем по радио и ТУ. Особенно отличилась радиостанция «Эхо Москвы». Услышав по «Эху» о палаточном городке, на место приехали Илья Яшин и депутат Сергей Митрохин от «Яблока». Кроме них к тому времени из политических активистов присутствовали представители1 РКСМ и «Левого фронта». Через какое-то время через ограждение перескочил активист «Авангарда красной молодежи», пикетчики дали ему мобильный телефон, чтобы он связался с Сергеем Удальцовым. Тем временем депутат Московской городской думы Сергей Митрохин взял с собой пятерых соинвесторов и пошел на переговоры в Белый дом. Позже выяснилось, что там был короткий день и вести переговоры было не с кем.
Обманутые соинвесторы продолжали жаловаться на невнимание политических партий к их проблемам, хотя количество политических активистов, не связанных напрямую с темой митинга, росло. За ограждением были замечены представители «Социалистического движения «Вперед» в компании с троцкистами из Киева, вокруг Ильи Яшина тусовались несколько молодых яблочников. Тем временем в стане правоохранительных органов началась перегруппировка сил. ОМОН был построен в колонну по двое, начался второй решительный штурм. В этот раз митингующие выстроились в цепь, и сотрудникам милиции не удалось даже проникнуть на территорию палаточного городка. ОМОН покинул территорию у Горбатого моста и сел в автобус у проходной Белого дома. На какое-то время стало казаться, что правоохранительные органы потеряли интерес к происходящему. Это впечатление оказалось ложным – через несколько минут в этом убедились все присутствующие, увидев несколько сотен солдат внутренних войск, окружающих палаточный городок. С этого момента доступ на лужайку существенно осложнился.
Штурмов больше не предпринималось — митингующих решили брать измором. Весть о палаточном городке тем временем разлетелась по всей Москве. Пресс-центр соинвесторов выступил с обращением ко «всем, всем, всем» поддержать протестующих и прийти на площадь. Количество людей «за забором» превысило количество людей в палатках. Разница была в том, что в палатках сидели на 90% действительные соинвесторы, а за ограждением было много зевак, прохожих и политических активистов. Активисты АКМ и НБП, хоть и пришли без символики, быстро были вычислены милицией. Концентрация пассионарной молодежи заставила милицейское руководство принять решение об аресте «провокаторов». В результате проведенных мероприятий пять акаэмовцев во главе с Сергеем Удальцовым были задержаны и направлены Б Пресненский отдел УВД.
Тем не менее, несмотря на аресты лидеров, молодежь все прибывала. Вместе с соинвесторами снаружи находились около 200 человек. Прорыв заграждения и воссоединение соинвесторов и сочувствующих не входили в планы милиции, и подтянувшийся к этому времени ОМОН в количестве примерно 200 бойцов начал зачистку пространства перед ограждением. В результате в милиции оказались еще 150 человек. С этого времени в противостоянии милиции и пикетчиков наступил коренной перелом. Количество людей убывало, милиция же, наоборот, наводила порядок в своих рядах, перекрывала все возможные доступы на площадь и к вечеру плотно контролировала всю прилегающую территорию. Вплоть до того, что было выключено уличное освещение, и происходящее на лужайке становилось трудноразличимым с тротуара из-за темноты.
Примерно в 23.00 подъехала машина с полевой кухней и двумя биотуалетами; постояв немного, машина уехала. Группа поддержки стремительно редела, люди, боясь опоздать на метро, расходились по домам, несколько человек решили остаться на ночь, принесли одеяла, воду и еду. В это время в палаточном городке соинвесторы пели песни и скандировали лозунги. Генерал Козлов заявил, что, если пикетчики не уйдут до 00.00, палаточный городок будет разогнан. Однако к собравшимся за ограждением поступила и другая информация: им сообщили, что милиция не может принять решение о разгоне митинга, потому что мэра Лужкова нет в городе. Короче, все спокойно, дорогие товарищи, можете идти спать, приходите завтра.
В этот момент ОМОН стал надевать каски и выползать из автобусов -те, кто решил пойти спать, бегом вернулись обратно.
Разгон занял около 10 минут, задержанных посадили в автобусы, и развезли в разные отделения милиции. На лужайке остались только сломанные палатки, разбросанный мусор и бутылки с водой.
К концу 2006 года общими усилиями соинвесторам удалось заставить федеральные власти приступить к решению их проблем. Были созданы четырекомиссии (при Минрегионразвития, при фракции «Цдиная Россия», в Общественной палате и при президиуме генерального совета «Единая Россия»). Однако по мнению координационного совета пострадавших соинвесторов, эти комиссии по существу ничего не делали, а занимались лишь имитацией деятельности. Федеральные власти по-прежнему старались свести к минимуму свои обязательства, кое-как решение вопроса продвигалось на уровне субъектов Федерации (в разных субъектах по-разному).
После 2006 года движение пошло на спад. В 2008 году массовых выступлений обманутых соинвесторов почти не было по нескольким причинам.
Во-первых, многие жертвы строительных пирамид либо решили свою проблему и прекратили борьбу, либо отчаялись и больше не проявляли активности в защиту своих прав. Однако можно смело прогнозировать, что экономический кризис еще не раз даст дольщикам повод для борьбы за свои права — об этом открыто заявляют эксперты строительного рынка.
Во-вторых, поскольку централизованного решения проблем всех дольщиков, которого требовали соинвесторы в 2007 году, посредством вмешательства правительства РФ добиться не удалось, каждая группа начала отдельно бороться за решение собственных проблем.
В-третьих, из-за подкупа координаторов, нехватки средств, усталости и разочарования в обещаниях власти распались общероссийские координационные структуры. Способствовала их распаду также и нездоровая конкуренция между двумя координационными комитетами.
С одной стороны, интересы людей представлял Оргкомитет обманутых соинвесторов — в 2007 году он стал называться «Объединенный координационный совет пострадавших соинвесторов». У этого комитета не было официального лидера, а только координационная группа по основным направлениям его работы (по спецификам объектов и регионов). С другой стороны — Ассоциация помощи пострадавшим соинвесторам, которая далее стала называться «Общероссийское общественное движение «Комитет помощи: Жилье, Земля, Люди», в главе ее стоял единолично провозглашенный лидер. Рядовые участники двух разных сетей общались друг с другом, участвовали в совместных действиях, но активнее использовали помощь «своего» центра.
Мы в основном следили за деятельностью первого координационного центра, поскольку с его помощью были организованы самые массовые акции протеста, а также в силу коллегиального состава его лидеров, выдвинутых «снизу» (за исключением редактора сайта р15то-у1азп1.ги, все они были обманутыми соинвесторами). Второй орган нам менее известен, и мы можем лишь сказать, что его создатель и лидер в декабре 2007 года прошел в Госдуму РФ по списку «Справедливой России», после чего продолжил сотрудничество с соинвесторами, но уже гораздо менее активно. Так или иначе — в силу их неопытности, наивности или по их воле, но эти две координационные группы были «съедены» верхушечной властью. Вторая группа вошла в большую политику и в гораздо меньшей степени играет роль координирующего звена для консолидации рядовых инициативных групп. Активисты первой группы (или те, кто в ней остался) с кон- ца 2006 года вошли в рабочие группы при органах власти, сотрудничали с Общественной палатой и депутатами от «Единой России», объявившими о своем желании помочь в решении проблемы соинвесторов. Все они впоследствии разочаровались в этой деятельности и к середине 2007 года прекратили сотрудничество, как с «Единой Россией», так и с различными комиссиями. Многие из них отошли от активной общественной деятельности «для всего движения».
Стоит также добавить, что обманутые соинвесторы первой координационной группы в наименьшей степени взаимодействуют с другими движениями и держатся особняком. Например, солидарность с другими пост- радавшими {других объектов и регионов) афишируется и демонстрируется на всех акциях и во всех заявлениях, но по отношению к другим тематическим движениям и потенциальным союзникам они остаются закрытыми. Активисты движения с большим подозрением относятся к потенциальным союзникам, не связанным напрямую со строительным обманом. В первую очередь они остерегаются политических неинституциональных групп и партий. В некоторых случаях даже были приняты и опубликованы официальные заявления координационного совета движения, в которых соинвесторы четко отмежевывались от таких политических партий,
Например, после организации палаточного лагеря на Горбатом мосту 19 мая 2006 года оргкомитет акции выпустил следующее заявление:
«Недавно на печально известном Горбатом мосту мы услышали, новую оценку своих действий: мол, за нами стоят «оранжевые» политические силы. Эта оценка звучит настолько нелепо, что нет необходимости разъяснять ее детально. Да, нам поступали и продолжают поступать предложения от радикально настроенных активистов политических партий: позвольте нам выступать с вами со своими ПОЛИТИЧЕСКИМИ лозунгами, и мы обеспечим вас и деньгами, и бесплатным телеэфиром., и публикациями в газетах. Но мы всегда отказываемся от такого сотрудничества. Подчеркнем, что мы поддерживаем существующий государственный порядок в стране и ни разу не заявляли в своих требованиях о «смене власти». Наши требования касаются политики ТОЛЬКО в части защиты наших конституционных прав и свобод -и права на жилище в том числе. Жертвовать волей ради «15 минут славы» в эфире мы не готовы».
Эта цитата показывает, чего именно опасаются соинвесторы, — не столько самих политических союзников, сколько запятнать свою репутацию. Если движение стремится быть респектабельным, то в условиях, когда на большинство оппозиционных политических организаций («запрещенная» НБП, «Авангард красной молодежи», «Другая Россия» и т. д.) навесили ярлык «экстремистских», его активисты будут стараться сделать все возможное, чтобы их движение не ассоциировалось с демонизированны-ми силами. Напомним, что обманутые соинвесторы считают себя уважаемыми рыночными потребителями и придают огромное значение своей репутации как серьезных, респектабельных и законопослушных граждан — жертв недобросовестных фирм, которым власть обязана «протянуть руку». Отсюда сложные отношения с потенциальными политическими союзниками. Несмотря на хорошие отношения, сложившиеся между отдельными лидерами движения и лидерами политических организаций, организационное сотрудничество не допускается, поскольку оно считается вредным для достижения цели движения — вмешательства в решение проблемы федеральной власти. Вплоть до того, что на уже упомянутой акции у Белого дома соинвесторы, опасаясь провокаций, сами сдали в милицию акаэмовцев.
Если рассмотреть различные городские движенческие структуры в целом, то можно заметить, что инициативные группы соинвесторов очень редко входят в их состав. Некоторые представители движения обманутых дольщиков могут иногда принимать участие в совместных акциях, но почти никогда местное движение соинвесторов как таковое не является членом какой-либо коалиции, даже если радикальные политические партии и не играют в них, ведущую роль.
Хотя были и исключения. Отметим, например, участие представителей движения обманутых соинвесторов в некоторых общероссийскихакциях протеста социальных активистов. Так, в нескольких городах инициативные группы соинвесторов приняли участие во всероссийском «Дне гнева» 25 октября 2008 года. Накануне акции один из лидеров всероссийского движения (несколько, правда, отошедший от дела) выпустил публичное обращение к инициативным группам соинвесторов с призывом к «более жестким действиям и объединению с другими социальными силами». Приведем выдержку из этого обращения: (предлагаю) «участвовать в акциях других социальных сил, невзирая на их политическую окраску. Включать в резолюции свои требования, выходить со своими лозунгами. Участвовать в борьбе наравне с профсоюзами, учителями (против реформы образования), рабочими железных дорог, жителями общежитий…».
Так что не стоит интерпретировать отказ обманутых соинвесторов от союзничества как полное отсутствие солидарности. Скорее это следствие политической осторожности и сплоченности соинвесторов, которые считают себя самодостаточными. Кроме того, нельзя отрицать и тот факт, что многие не хотят, чтобы их требования оказались «размытыми» в общем списке требований других движений. Многие участники акций — из тех, у кого мы брали интервью — отмечают, что сами они вроде бы не против участия в совместных акциях, но «пришлось уже слышать от других соинвесторов, что это ослабит нашу борьбу». С другой стороны, есть и такие высказывания: «Почему бы нет? Почему люди не должны поддерживать друг друга? Может быть, поэтому все так и происходит. Потому что, когда приходит беда, все остальные остаются в стороне. А когда это касается тебя… Ну, так и происходит, наверное… И то, что у нас нет культуры митингов, отстаивания позиций своих. В нашей стране этой культуры не существует».
В итоге в 2008 году движение соинвесторов распалось на вяло взаимодействующие между собой инициативные группы. Однако к концу 2009 года «новое поколение» лидеров и инициативных групп (в частности, подмосковная «Щербинка») инициировало новое движение к консолидации. 20 марта 2010 года в Москве прошел съезд межрегионального общественного движения «Защита прав участников строительства жилья», объединяющего представителей более 40 инициативных групп недостроенных объектов разных регионов России. Появился новый сайт — осиюсЫзпШ.га. Собрались около ста делегатов из Московского региона, Рязани, Воронежа, Сочи, Анапы, Ростова-на-Дону, Саратова, Ульяновска и других городов. Участники конференции выразили крайнее возмущение бездействием властей всех уровней в решении затянувшейся проблемы обманутых дольщиков, а также тем, как многие пытались использовать жертв, строительных пирамид для собственной рекламы. Участники в один голос, опираясь на данные статистики, опровергли официальные заявления властей о том, что «проблема обманутых дольщиков решена». Они согласились, что в сложившейся ситуации виноват не кризис и даже не бизнес, а местные власти, которые либо бездействуют, либо пытаются извлечь из ситуации выгоду, и что рабочие группы и комиссии, созданные властями, себя полностью дискредитировали.
Однако по вопросу о дальнейшей стратегии мнения разошлись. Некоторые участники считают, что надо продолжать искать поддержку со стороны официальных лиц и партий, участвовать в комиссиях, теперь уже с другими партнерами, в том числе КПРФ. Другие полагают, что это бесполезно и что пора уже перейти к более активным мерам сопротивления, в том числе организуя массовые акции протеста, выдвигая политические лозунги и консолидируя действия с другими «обманутыми» гражданами страны.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

    • Заказать витраж
    • Студия изготавливает художественные мозаики и витражи в частный интерьер
    • vashvitrazh.ru
     

Статистика:

Meta