Наибольший интерес к английской инициативе

В Лондоне не сомневались, что, если дело дойдет до практического дележа, «трудности будут большие».

Из царских сановников наибольший интерес к английской инициативе проявил Ламздорф, тогда еще товарищ министра иностранных дел, предлагавший взвесить выгоды возможного сближения с Англией. Это тем более примечательно, что ученик Гирса был политиком чрезвычайно осторожным. Реакция Витте и Муравьева представляется хотя и положительной, но неадекватной. Оба они искали выход из сложного положения, в которое поставило Россию занятие Порт-Артура, и оценивали английские предложения прежде всего, если не исключительно, с этой точки зрения. Николай П, по его собственному признанию, был поражен и склонен заподозрить англичан в нечистой игре.

О. Коннору он, правда, сказал, что считает соглашение «в высшей степени желательным», но в действительности, вероятно не без влияния Муравьева, дал другое указание: «Наши переговоры с Англией в настоящее время могут касаться дел только Дальнего Востока».

И напрасно ОКоннор доказывал Муравьеву, что соглашение, чтобы быть полезным и не мимолетным, должно охватывать всю арену обоюдных интересов, а не быть ограничено только рамками одного региона. Министр вежливо соглашался, но тут же настойчиво рекомендовал свести пока переговоры к обсуждению наиболее актуальных дальневосточных сюжетов.

Таким образом, выявились два различных принципиальных подхода, что весьма затрудняло общее сближение. Когда же Англии удалось решить в свою пользу вопрос о китайском займе и добиться от Пекина признания бассейна Янцзы сферой британского преобладания, это произвело на официальный Петербург и лично на царя впечатление ловкого обмана. О. Коннор не считал переговоры о соглашении окончательно провалившимися, но признавал, что «им, конечно, нанесен сильный удар и трудно будет вновь привести императора в хорошее настроение»28. Позднейшие переговоры касались уже более частного вопроса о сферах железнодорожных интересов в Китае, и, хотя соглашения удалось достигнуть, оно не оказало заметного влияния на перегруппировку сил держав.

Перегруппировка держав происходила на фоне и в связи с целой цепью региональных международных конфликтов, нередко совпадавших по времени. В таких случаях правительствам обычно приходилось выбирать приоритетное направление, куда следовало направить главное внимание и силы. В середине 90-х годов, когда ближневосточный кризис переплелся с обострением борьбы на Дальнем Востоке, такой вопрос пришлось решать и российскому правительству.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta