Настроения в Болгарии

Извольский попытался успокоить министра, уверял в безосновательности его подозрений относительно позиции Пуанкаре. Посол доказывал, что надо учитывать настроения в Болгарии и не создавать там впечатления, что Австрия и Германия ее поддерживают, а Россия и Франция — нет.

Однако Сазонов получил согласие султана на вызов по одному военному судну каждой державы в Стамбул с целью охраны порядка и самой власти султана. Был поставлен вопрос о вызове в случае необходимости по второму кораблю. Тем временем болгарские войска подошли к Чаталджинской линии (43 километра от Константинополя) — последнему укреплению на пути к турецкой столице. Развернулись ожесточенные бои. Петербург охватила тревога. Министры в спешном порядке запросили у царя разрешение для русского посла в Константинополе вызвать по своему усмотрению часть боевых судов или даже всю Черноморскую эскадру. Царь с раздражением ответил: «С самого начала следовало применить испрашиваемую меру, на которую согласен».

Планировалось перебросить в Верхний Босфор не только боевые суда, но и войска, присутствие которых должно было, по мнению дипломатов и военных, предотвратить несовместимое с интересами России решение вопроса о проливах. В Морском министерстве не исключали возможности затянуть оккупацию Верхнего

Босфора на длительный срок: «тогда легче будет там остаться навсегда». Правда, оказалось, что эта операция практически неосуществима, потому что заняла бы не меньше двух месяцев, что исключало элемент внезапности. Кроме того, повод ДЛЯ посылки войск и эскадры отпал сам собой — болгары так и не сумели прорвать Чаталджинские позиции. На ближайшее время угроза турецкой столице отпала. Возбуждение в дипломатических кругах по этому поводу пошло на убыль. Закончился один из этапов 1-й Балканской войны.

Итак, по ходу войны всплыл вопрос о проливах. И здесь позиция России была выражена довольно четко: сохранить в руках Турции Стамбул и проливы, не допустить вмешательства (в виде оккупации) великих держав. 12 ноября МИД России высказался более подробно по этому поводу. Позиция британского кабинета вызывала известное беспокойство. Отмечалось, что английские государственные деятели склонны к мысли об устройстве международного управления в Стамбуле и нейтрализации проливов. Такая постановка вопроса, по мнению МИД, едва ли могла обеспечить первостепенные интересы России. «Никакие международные гарантии», не поддержанные реальной силой, не в состоянии обеспечить свободу проливов, если они не будут защищены от захвата неприятелем с моря и с суши, говорилось в документах МИД.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta