Развал третьеиюньской политической системы

Проявлением кризиса власти явился развал третьеиюньской политической системы в результате образования прогрессивного блока, затем последовала отставка военного министра Сухомлинова, а в конце августа и смена верховного командования, во главе которого встал сам Николай II.

Всеобъемлющий характер войны и значимость конечных ее результатов для судеб страны диктовали руководителю МИД необходимость расширения своего влияния и прямого участия в принятии решений по кардинальным вопросам и внутренней политики правительства. Сазонову, по его словам, приходилось во время докладов царю «постоянно касаться, в связи с вопросами внешней политики, внутреннего положения России, все более обострявшегося под влиянием революционной пропаганды, Как всегда бывает в критическую пору жизни государства, внешние и внутренние вопросы, действуя взаимно друг на друга, сплетались так; тесно, что разделить их было невозможно»26. Фактически являясь негласным главой левого крыла кабинета министров, Сазонов поднял перед царем вопрос «об очищении Совета министров от засорявших его реакционных элементов», высказывался за отставку Горемыкина, требовал создания чрезвычайного Военного совета с участием правительства «для пересмотра плана войны и выработки вытекающих из такого пересмотра действий в тылу и на фронте».

После принятия Николаем II в конце августа 1915 года решения возглавить Действующую армию Сазонов стал организатором «забастовки» министров, которые обратились к царю со специальной запиской, призывая его отказаться от этого решения, грозившего негативными последствиями для режима и самого Николая.

Смена верховного командования и формальное объединение военной и гражданской власти в лице монарха в основном устранили противоречия между Ставкой и МИД по внешнеполитическим (но не внутриполитическим) вопросам. В большой мере это было связано с новой фигурой начальника штаба Ставки (а фактически ее руководителя) генерала М.В. Алексеева — крупного военного стратега, обладавшего к тому же широким политическим кругозором. Его профессионализм и понимание взаимосвязи военной стратегии и внешней политики позволяли избегать конфликтов между Ставкой и МИД. Но противоречия между ними периодически возникали из-за того, что военные обычно во главу угла ставили военно-стратегические соображения, а дипломаты — политические.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta