Русская дипломатия

Он приходил к выводу, что русская дипломатия под влиянием именно бюрократических начал все больше утрачивает свою гибкость, «способность легко примеряться ко всяким современным обстоятельствам». Поэтому, заключал он, возможность предугадывать и направлять события становилась с каждым годом все более затруднительной. Разлад между центральным ведомством и дипломатическим корпусом за границей намечался и в чисто человеческом плане: «Коща мы появляемся в министерстве, на нас смотрят как на непрошеных гостей, а замкнутость Канцелярии и департаментов, доступ в которые нам закрыт или затруднен, производит впечатление чего-то чуждого, почти враждебного»38, — писал Эйхлер.

Еще в середине 90-х годов пресса и сами сотрудники МИД призывали к коренной реформе ведомства. Однако проект такой реформы, предложенный в то же время советником МИД профессором Ф.Ф. Мартенсом, даже не стали обсуждать, сославшись на отсутствие средств39. Частичная реформа МИД 1897 года практически ничего не дала, кроме переименования департаментов.

Еще одним звеном «управляющего центра» по руководству внешними сношениями Российской империи, более важным и универсальным по своему значению, чем Министерство иностранных дел, но не имевшим постоянно действующего статута, являлись межведомственные Особые совещания высших государственных деятелей, периодически созывавшийся по распоряжению Николая II для обсуждения наиболее крупных вопросов государственной политики: войны и мира, определения внешнеполитического курса или поведения страны в международных кризисах, присоединения каких-либо территорий или их временной оккупации, заключения международных соглашений и т.п. Состав совещаний был довольно узким: помимо председателе (в исключительных случаях им был

сам царь, обычно же один из великих князей либо министр иностранных дел или другие министры, в зависимости от характера подлежащих обсуждению и решению вопросов) в него входили министры иностранных дел, финансов, военный, морской, иногда внутренних дел и генерал-губернаторы пограничных регионов, а также один-два члена императорской фамилии, преимущественно представители вооруженных сил.

Решения Особых совещаний носили рекомендательный характер для царя и обретали силу действия лишь после утверждения их монархом.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta