Статус-кво в Корее

На Особом совещании 9 августа 1894 г. под председательством осторожного Н.К. Гирса было намечено воздерживаться от вмешательства и совместно с другими державами добиваться сохранения статус-кво в Корее, чтобы не допустить использования последней во враждебных России целях. Ко времени следующего Особого совещания (20 января 1895 г.) определился военный успех Японии. Возник вопрос что предпочтительнее — сообща с другими державами постараться склонить Японию к умеренности или же вести собственную линию, добиваясь для себя территориальных гарантий свободы плавания через Корейский пролив? Совещание пришло к выводу о желательности проводить политику коллективного воздействия держав на Японию и увеличить в целях давления на Токио Тихоокеанскую эскадру.

По завершении военных действий между Японией и Китаем российское правительство длительное время не имело определенной информации о требованиях, которые намерена предъявить победившая сторона. 9(22) февраля 1895 г. японский посланник в Петербурге Ни си сообщил директору Азиатского департамента МИД Д.А. Капнисту, что в числе других условий мира Япония потребует передачи ей Порт-Артура на Ляодунском полуострове или Вэйхайвэя. О претензиях победительницы на Ляодун донес с некоторым запозданием и русский посланник в Токио М.А. Хитрово. Наконец, 22 марта (3 апреля) сведения о выдвинутых Японией требованиях поступили из Пекина от посланника А.П. Кассини.

Утверждение Японии на материке в непосредственной близости от Пекина, Сеула и проектируемой Петербургом железной дороги угрожало интересам и безопасности континентальных стран — Китая, Кореи и России. Последняя оказалась бы, в частности, отрезанной от незамерзающих портов на Тихом океане. В этой связи с еще большей остротой вставал вопрос о дальнейшем направлении русской дальневосточной политики. Речь шла о том, пойти ли на сделку с победительницей, получив для себя компенсацию в Корее или Китае, либо добиваться недопущения Японии на материк, что открывало перспективу сближения с Китаем.

На Особом совещании 30 марта 1895 г. между главами ведомств, причастных к внешней политике, выявились серьезные расхождения. Председательствовавший генерал-адмирал вел. кн. Алексей Александрович в духе настроений царя предложил линию на соглашение с Японией. Министр иностранных дел А.Б. Лобанов-Ростовский занял осторожную позицию: он считал нежелательным ссориться с Японией, но скептически оценивал и перспективы сближения с ней.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta