Уполномочивающий (раскрепощающий) стиль лидерства: взаимоотношения с антивистами

Мы уже неоднократно подчеркивали ключевую черту стиля лидеров нынешней волны: приоритетное внимание, которое они уделяют отношениям с людьми, с кем делают общее дело, стремление внушить им чувство того, что они сами что-то могут, если будут активно и коллективно действовать. В этом смысле мы назвали авторитет таких лидеров «уполномочивающим», или «раскрепощающим»4.
Однако мы не выяснили, откуда у них берется такой авторитет?
Иногда создается впечатление, что он составляет часть характера человека, что некоторые лидеры испытывают внутреннюю потребность распространять свой опыт, агитировать, активизировать, помогать людям самоорганизоваться. Показателен в этом отношении рассказ жилищной активистки о том, что даже в отпуске (пока она отдыхала в родной деревне) она не смогла удержаться от того, чтобы помочь местным жителям создать инициативную группу.
Однако, скорее всего установка исходит из активистского опыта и принципиальной позиции. Активистский опыт показывает лидерам, что иметь дело с самостоятельными и инициативными людьми — намного более перспективно, чем тянуть за собой подчиненных или иждивенцев.
Во-первых, лидеры (напомним, большинство из них- не освобожденные и не профессионалы) не в состоянии выполнить все задачи,, стоящие перед активистской группой или движением.
Во-вторых, чем больше людей задействованы в выполнении дела, тем шире охват участников действий.
В-третьих, в условиях жесткого столкновения интересов с оппонентом лучше вести дела с не подкупленными и не напуганными людьми.
Принципиальная позиция связана с целью, которую ставит перед собой большинство новых лидеров — рост влияния своего сообщества на принятие решений, его касающихся (для низовых лидеров); рост общественно-политического веса социальных движений (для лидеров более высокого уровня). Эта цель указана в самом популярном лозунге — «Властьпод гражданский контроль!» Отсюда простой вывод: разве можно установить гражданский контроль без граждан? То есть без самостоятельных людей, которые сознают свои интересы и способны объединиться для отстаивания своих требований?
Многие лидеры повторяют примерно одно и то же: «Мы считаем, что помогать надо тем, кто сам приходит и хочет защищать свои права. Без этого желания идти до конца ничего не создашь»; «Поддержать можно только то, где народ борется»; «Мы помогаем только тем, кто готов, по-моч,ь себе самому». То есть, они рисуют фигуру, диаметрально противоположную образу доброго царя или заботливого государя.
Как проявляется уполномочивающий характер лидерства?
Во-первых, идет первоначальный отбор потенциальных активистов. В отличие от многих правозащитников и традиционных НКО, лидеры активистского типа не выступают как благодетели или производители услуг по помощи людям. Критерием отбора является готовность (по крайней мере на словах) к активным коллективным действиям.
Во-вторых, это постоянное общение с людьми. Пожалуй, общение — главная составляющая деятельности лидеров, залог успешности общего дела. Это повторяют почти все. Постоянно общаться, объяснять одно и то же еще и еще раз, убеждать, подбадривать. Не все это делают в равной мере хорошо (ведь терпение и силы не бесконечны), но все признают необходимость это делать. В-третьих, это обучение, подготовка кадров, команды, чтобы активисты «росли». О росте человека говорят лидеры, когда у них в коалициях утверждаются новые инициативные люди, потенциальные лидеры, и этим гордятся.
Необходимо добавить, что связь лидера и коллектива не является односторонней. Не только лидеры влияют на людей, но и низовые активисты на лидеров — это есть другая сторона процесса уполномочивания. Напомним еще раз, что лидеров делает признание их таковыми со стороны людей, уже находящихся в процессе активизации или «на подходе». Отсюда особенность отношений лидеров к другим активистам — сильная эмоциональная привязанность, ответственность. Кроме того, в отличие от руководителей бюрократических или верхушечных организаций лидеры активистского типа без социальной базы, без активистов и участников — это никто. И здесь хитрить и «делать вид» невозможно сразу видно, что на собрание почти никто не пришел, а на митинг собралось пять человек. Платить фигурантам — не их метод (да и денег нет). Наблюдения наглядно показывают, что идут: бесконечные дискуссии, конфликты, ссоры (на собраниях, в рассылках, иногда даже на публичных мероприятиях — относительно того, ну кто же здесь, в конце концов, главный, и почему именно он (или она)). То есть авторитет, даже признанный, не исключает критики (правда, чаще всего бесплодной, так как критиканы редко предлагают альтернативы, или не готовы сами ничего делать). Тем не менее, критика и дискуссии вынуждают лидеров учитывать разные позиции и мнения. Даже если его слово веско, лидер не свободен, делать все, что хочет. Он привязан к своей социальной базе — активизирующимся людям эмоциональными, ценностными и общественными узлами.
Поэтому если прорывы авторитаризма и отходы от демократических процедур принятия решений (решать все самому, потому что так быстрее и эффективнее) иногда допускаются, они ограничены бдительностью и контролем «снизу». Цена выхода за рамки допустимого высока: это потеря доверия и вероятность распада активистского сообщества.
Ниже приводим некоторые цитаты, показывающие, как лидерам приходится (хотя бы минимально) ладить с демократическими процедурами,
хотят они того или нет.
Один из лидеров Совета общественных организаций Новосибирской
области:
«Сейчас мы ушли от такой практики (принятие решений большинством), так как мы поняли, что мы можем потерять тех людей, которые не согласны. После такого голосования они один-другой раз остались в стороне, и, так как у нас коллектив добровольный, они в какой-то момент уйдут. Если мы стремимся к одной цели, то мы обязаны принять какое-то согласованное решение. И мы научились это делать. Как? Доводами. По нашему уставу, если какая-то организация не примет доводы, то она начинает работать в выбранном ею направлении самостоятельно».
Председатель ТСЖ СДТИ, (Санкт-Петербург):
«От демократии никуда не уйти… трудно, но все равно возвращаемся к ней. Я вынужден давать полный отчет, куда идут деньги в доме. Куда приходят, куда уходят. Я, было дело, долго не общался со своими жителями — и началисьвопросы там, какие-то шушуканья, что председатель ворует деньги, вот когда я это понял, я сразу всем все рассказал».
Лидер профсоюза «Форда»:
«Чтобы обеспечить большинство, надо работать с людьми, воспитывать… Нам удалось воспитать своих людей. Беда нашей администрации, что я уже давно заменяем. После меня будет следующий, после следующего…»
Подведем итоги. Именно характеристики нынешней волны низовой активизации, какого бы масштаба она ни была, требуют новых лидеров с уполномочивающим стилем. Это не предрасположенность человека, а требование момента. Лидеры с бюрократическими или авторитарными замашками не могут найти себе места в гибких сетевых структурах, не соответствуют представлениям недавних обывателей об общественной жизни, не удовлетворяют запросу на открытый, широкий и динамично развивающийся гражданский (рабочий) фронт. Поэтому они либо вынуждены меняться, либо исчезают, либо удовлетворяются лидерством в своей узкой организации или группе.
При этом, конечно, некоторые личности лучше подходят для выполнения роли уполномочивающего лидера — это те из лидеров, которые связаны с людьми сильной эмоциональной связью, которые «чувствуют» людей, сопереживают им, вникают в их проблемы, радуются их успехам. Эта черта присуща большому количеству лидеров новой волны. Наверное, потому, что они выходцы из той же среды — живут в том же доме, работают на том же заводе, торгуют на том же рынке. 4 Подробнее об этом см. главу 4.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta