Провокационные тезисы

Два месяца спустя заместитель председателя Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей Го Мо-жо в беседе с французской делегацией во главе с мэром Марселя социалистом Гастоном Дефером внушал своим собеседникам, что «в Хельсинки русские протягивают оливковую ветвь, чтобы усыпить Европу». «Европа,— заявил Го Мо- жо,— должна бы последовать примеру Китая, который уже два года осуществляет широкую программу строительства подземных бомбоубежищ»4.

Явное раздражение вызывала в Пекине перспектива сокращения вооруженных сил и вооружений в Центральной Европе. В первой половине 1973 г. успешно завершились подготовительные консультации по этому вопросу, а 30 октября 1973 г. начались сами переговоры. Незадолго до этого Чжоу Энь-лай в беседе с делегацией голландских парламентариев упорно настаивал на том, чтобы Нидерланды перестали участвовать в обсуждении вопроса о сокращении вооруженных сил и вооружений в Центральной Европе. Он утверждал, что Западная Европа должна и впредь укреплять свою оборону. Как заявил по этому поводу лидер фракции Антиреволюционной партии Аантьес в голландском парламенте, премьер Госсовета КНР старается найти в НАТО союзника в своем конфликте с Советским Союзом.

С целью подрыва европейской безопасности маоистские лидеры с давних пор выдвигают провокационные тезисы, направленные против нерушимости и неприкосновенности границ, сложившихся в Европе в итоге второй мировой войны. Впервые Мао Цзэ-дун высказался против границы по Одеру — Нейсе и призвал к ее «пересмотру» еще в 1964 г. в беседе с группой японских социалистов. Позднее в Пекине стали подыгрывать западногерманским реваншистам, выражая сочувствие их территориальным притязаниям. В беседе с Герхардом Шредером в июле 1972 г. и с главой делегации западногерманских монополий председателем наблюдательного совета концерна «Фрид Крупп» Бертольдом Бейцем в мае 1973 г. Чжоу Энь-лай говорил о Калининграде, что он «знает только Кенигсберг»2.

Маоистские лидеры пытались представить германские дела нерешенными, отрицали существование двух немецких наций. На приеме в честь министра иностранных дел ФРГ В. Шееля в октябре 1972 г. министр иностранных дел КНР Цзи Пэн-фэй говорил о том, что «две германские страны по-прежнему находятся в ненормальном состоянии», что этот вопрос еще только предстоит разрешить «справедливым и рациональным путем в условиях уважения интересов и желаний народов двух Германий» и что «только это будет благоприятствовать разрядке напряженности в Европе и сохранению мира и безопасности в Европе»3. Что имеется в виду под «интересами и желаниями народов двух Германий» и какой из двух Германий отдается предпочтение, стало ясным тогда, когда пекинские лидеры включили в торговое соглашение между КНР и ФРГ на 1973—1974 гг. (подписано в Бонне 5 июля 1973 г.) пункт о признании Пекином права ФРГ представлять Западный Берлин в торгово-политическом отношении и распространять на него действия соответствующих договоров.

В один из очагов напряженности в Европе Пекин стремился превратить район Средиземного моря. В этих целях маоистское руководство попыталось использовать свои связи с Мальтой, которой оно уделило в 1972 г. особое внимание. В январе 1972 г. КНР установила с Мальтой дипломатические отношения, а в апреле в КНР прибыла правительственная делегация Мальты во главе с премьер-министром Д. Мин-тоффом.

Нет меток для данной записи.

Comments are closed.

Реклама

Рубрики:

Реклама

Статистика:

Meta